vkontakte FB

Рейтинг@Mail.ru

 

Яблоки тщеславия,

или

Путь к амазонкам

(новое прочтение «Сказки о молодильных яблоках и живой воде»)

 

Моему другу В.А. Шумаеву посвящаю

 

1

   От редакции: представляем на суд наших читателей новое произведение  народного писателя России, профессора, академика РАЕН, двукратного победителя в номинации «Лучшая книга года» (по версии МГО СП РФ), номинанта на соискание Нобелевской премии по литературе 2018 года, Председателя редакционного совета всероссийской общественно- политической газеты «Русская Берёзка»  Александра Владимирова. 

1

 2

  Произошла эта история так давно, что и не верится: а была ли она вообще? 

В некотором царстве, некотором государстве правил царь Никита по прозванию Несменяемый. Дожил он до глубокой старости, порой впадал в откровенный маразм, а покидать трон не хотел. И объяснял это интересами государства. «Уйду я − оно обязательно распадётся». Уж и все жены его почили, дети поумирали от постоянных стрессов, вызванных несбыточными мечтами о престолонаследии.   Трое внуков подросли, но дед держал их на расстоянии. Не дай Бог захотят на его место, да ещё порядки в стране на свой лад переделать. Нет уж, живем по старинке!  

  И правда, старина здесь господствовала во всём. Многие царские министры не в силах были самостоятельно ходить на заседания правительства, кое-как слуги их туда доставляли. Два вечных шута государя – Весёлый и Грустный стали скучны сверх всякой меры. Даже плеяда придворных актёров оставалась та, что начинала с Никитой на заре его юности. Однажды он повёл заморских гостей на спектакль, где роль юный прелестницы играла почтенная дама лет семидесяти пяти. На удивлённые взгляды гостей Несменяемый пояснил: 

  − Театр не отражает реальность, а уводит нас в мир фантазий. В моих фантазиях эта великая актриса все ещё юна. И вы смотрите на неё такими же глазами! 

  Но, фантазируй, не фантазируй, а предел человеческих сил всё равно наступал. Находясь в бане, несчастный Никита с тоской взирал на мывших его красавиц. Оставалось лишь вздыхать да облизываться. Проклятые врачи запрещали ему то медовуху, то азартные игры. А на его возмущенные реплики лишь пожимали плечами: «Время, царь-батюшка! Его, змея, не обманешь!». 

  И тогда Несменяемый решил перехитрить природу: вновь стать молодым! От подобной мысли у него дух захватило. Но как это сделать? 

Позвал он двух своих любимых шутов, стал советоваться. Но дело не пошло. Весёлый в очередной раз развлёк его сказками о великом будущем, Грустный – о славном прошлом. А на грозный окрик царя оба боязливо втянули голову в шею: каждый с ужасом видел себя уже не при дворе, а на скромной пенсии.  

  Не помогло и заседание старцев из правительства. Правда, министр финансов заявил, что у него есть лучший в мире пластический хирург, который так поработает с лицом, что человек будет выглядеть на двадцать лет моложе. 

  − Только на двадцать, − разочарованно протянул Никита. – А на сорок можно?    

  − Царь-батюшка, всему есть предел… 

  − Ладно, пусть будет на двадцать, − махнул рукой царь. – Да, а он мне внутренние органы поменяет? 

  − Этого он точно не может, − ответил министр финансов. 

  − И потом, − вмешался министр безопасности. – Люди иногда гибнут под ножом хирургов. 

  − Как?! 

  − Да, царь-батюшка! Так что мы не можем позволить себе рисковать вашей безопасностью! Это ведь и наша безопасность! 

  До поздней ночи заседало правительство. Но ничего старцы не решили. Под конец премьер-министр поклонился Никите (потом правда долго выпрямиться не мог) и сказал: 

  − Идей нет, царь-батюшка, но вы держитесь! 

  Оставалось одно средство: поехали гонцы по городам и весям. Повсюду читался царский указ: «Кто подскажет, как царю вернуть молодость, может требовать любую награду!». Но опять во дворце никто не появился. Ложной надеждой государя тешить боялись: мстительный он был, а как пойти против природы – люди не знали. С каждым днём таяла вера Несменяемого в своё омоложение. Ему казалось, что старость стала подступать ещё быстрее. Словно неведомая сила заставляла хиреть каждый его орган. «А ведь вместе со мной хиреет и государство, − постоянно твердил Никита. – Уже сейчас народ недоволен, готов бунтовать!». 

  Страшное слово конец постоянно мелькало перед глазами. И выхода из сложившейся ситуации Несменяемый не видел. 

Не отдавать же власть кому-то другому! 

2

 3

   Та ночь была для него особенно страшной. Ветер выл как полоумный, дождь, будто заражённый поясками святого Витта, безумствовал по мостовым, тьма казалась непроглядной, точно глазищи хозяина преисподней. Тревога, преследующая царя уже долгое время, сделалась нестерпимо жуткой. Ему вдруг явно почудилось, что ночной кошмар возник не сам по себе, это некий таинственный враг собирается прийти по его душу. В ужасе царь приказал закрыть ставни на окнах и ведущую в спальню дверь. Потом он выгнал всех из палаты. Он боялся, чтобы кто-нибудь не увидел его страх и смятение. Он знал, что вокруг стрельцы, готовые при малейшей опасности закрыть его своими телами, что без их ведома и муха не пролетит. Но… кто-то придёт! Эта дикая мысль никак не желала покидать его голову. На своей мягкой кровати Никита вертелся, словно на раскалённой сковороде. С каждой минутой приближалось неумолимое…  

  И тут он действительно услышал стук в окно. Услышал его сквозь шум ветра и грохот дождя. Не выдержав, Никита приоткрыл ставни и увидел чёрного ворона.   И тут Несменяемый услышал будто тот завопил человеческим голосом: «Впусти меня, впусти!» 

  − Кыш! Кыш! – крикнул царь. Однако птица не испугалась, в её глазах загорелся разумный блеск.  

  Следующий удар птицы по стеклу оказался такой силы, что оно треснуло, разлетелось, ворон впорхнул в палаты. А тут ещё от ветра погасли свечи, темнота воцарилась и в царских чертогах. Никита думал крикнуть охрану, но вовремя остановился. Проклятые холопы его на смех поднимут: кого Несменяемый испугался? Какую-то птицу?.. Видно, старческая немощь его по-настоящему взяла за горло. И призовут тогда другого царя!  

  − Правильно решили, могущественный государь, − послышался незнакомый бас. 

  – Не враг я вам!    

  Ветер за окном вдруг прекратил своё завывание, свечи также… внезапно вспыхнули. Никакой птицы в комнате не было. Зато увидел царь, что в кресле напротив сидит странный человек: худой, как скелет, с длинным острым носом и болезненно-белой кожей. Одет он был в иностранный костюм, на голове – берет с большим белым пером, который он тут же снял и отвесил царю поклон. 

  − Кто ты? – вскричал Никита. – Как смел заявиться ко мне? Сейчас кликну стражу и не сносить тебе головы! 

  − Прошу прощения, могущественный государь, − ответил гость и повёл носом, точно к чему-то принюхиваясь. – Но я явился по вашей просьбе! И не хочу, чтобы чужие уши случайно услышали наш разговор! 

  Голос гостя звучал так убедительно, что царь решил не торопиться с казнью незнакомца. Однако сказал: 

  − Не помню, чтобы я приглашал тебя! Кто таков? И… тут птица летела. Ворон. 

  − Ворон? Да, правильно! 

  В ту же секунду царь увидел, как неестественно огромный чёрный ворон опустился на плечо незнакомца. Тот погрозил ему пальцем и сказал: 

  − Как ты смел напугать уважаемого хозяина? Прочь отсюда! 

  Ворон с карканьем сиганул в раскрытое окно, а незнакомец ласково улыбнулся, обнажив сверкающие золотом зубы. 

  − Насчет того, что не приглашали… Как же ваше желание снова стать молодым? 

  − Есть такое, − смущённо произнёс Никита. 

  − Тогда представлюсь. Я – вечный странник, скиталец по нашей грешной земле, зовут Ага Сер. 

  − Что за чудное имя? – нахмурился Никита. 

  − Мои предки были волками! 

  − Глупости говоришь! 

  − Это чистая правда, − и тут гость так убедительно пошевелил острыми ушами, что царь отчасти поверил. – Когда я появлялся, говорили: «Ага, Серый идёт!».    Старое имя мне не нравилось, даже вспоминать его не хочу. А тут: «Ага, Серый…» Вот и получилось Ага Сер. Я − в некотором смысле − учёный, в некотором – маг и чародей. Страстно желаю, чтобы ваша мечта осуществилась. 

  −  Тебе в том, что за оказия? – подозрительно поинтересовался Никита.  

  − Лучшего государя не сыщешь! 

  − Дело говоришь! А то некоторые умники заявляют, будто из-за меня государство в этой… как его?.. стагнации! И что, мол, если я не уйду, оно вообще погибнет! 

  − Лжецы и завистники! – кратко бросил Ага Сер. – Многие мудрецы, с кем я общаюсь, хотели бы, чтобы вы сидели на троне вечно! 

  − Хорошо сказать – вечно! Силы не те, зрение хромает. Еще немного и… 

  − Нет! – решительно заявил Ага Сер. – Нельзя допустить подобное. Поэтому и говорю вам то, что никто и никогда из ваших советников не скажет. Нужно отведать молодильных яблок!  

  − Каких яблок? 

  − Мо-ло-диль-ных, − по слогам произнес Ага Сер. 

  − И они помогут?! 

  − Уверяю, так станете плясать, что перепляшете весь ансамбль песни и пляски!  

  − И девок смогу?.. 

  − Ни одной юбки не пропустите! 

  − Где достать этих молодильных яблок?! Говори, Серый, говори! 

  − Растут они в саду у девушки-богатыря Синеглазки. Только держат это её подданные в строжайшей тайне! Но мои друзья-мудрецы узнали! 

  − Подожди… Синеглазка – это не та, что руководит землёй Амазонок? 

  − Она самая! 

  − Знаком я с ней! Был раз с визитом у французского короля. И она туда приехала, хотя никогда своего царства не покидает. Диссертацию в местном университете защищала. 

  − Да, − подтвердил Ага Сер. – Она получила докторскую степень именно в Сорбонне. А тема у нее была: «Женщина – как двигатель современного общества». 

  − И куда, чего она собирается двинуть? – поморщился ненавидящий любые перемены Никита. 

  − Надо подробно разбирать её исследование. Как и её статьи: «Мужской век закончился!», «Место мужчины − в клетке!» и другие. 

  − Тьфу! – плюнул Никита. 

  − Тьфу! – согласился Ага Сер. – Но вернёмся к молодильным яблокам. Это гораздо важнее! 

  − Конечно!     

  − Их надо выкрасть из её сада! 

  − Так! – потёр руки Никита. – У меня есть несколько отличных медвежатников. Я их поставил руководить крупными коммерческими структурами. Вот пусть едут к ней, вспоминают свою прежнюю профессию! 

  − Дело гораздо сложнее! Чтобы чудодейственная сила яблок сохранилась, украсть их должен только ваш ближайший родственник!  

  − Не пойму тебя, Серый! Какая разница, кто их сопрёт? 

  − Вы были бы правы, могущественный государь, если бы яблоки были обычными! Но тут дело связано с волшебством! А у магов и чародеев свои законы. Я и сам бы их вам доставил во дворец, но… И отправиться в эту опасную поездку (а царство Амазонок – опасно!) родственник должен не то, что без свиты, без единственного слуги! Проявит он ум, смекалку, мужество – волшебная сила яблок сохранится. А коли нарушит хотя бы одно условие – всё равно, что не ходил. Ешь, не ешь их – толку никакого! 

  − Кого мне за ними послать?.. – раздумывал Никита. − Моих внуков! Федька и Васька – парни сметливые! Младшенький Иван немного тормозит. Вместо того, чтобы дельную профессию освоить – управленца, финансиста, юриста стишатами балуется! 

  − Безобразие! Поэт если и будет востребован, то после своей смерти… 

  − Во-во! Пусть и он в компании братьев отправляется! Они его уму-разуму поучат! 

  − Правильно мыслите, могущественный государь, − поддакнул Ага Сер.  

  − Отлично, Серый! Ты мне всё больше нравишься! 

  − Кроме молодильных яблок в саду у Синеглазки есть ещё одна вещь: там бьёт источник живой воды. Ни в коем случае ваши внуки не должны эту воду попробовать или лицо ею умывать! 

  − Объясни? – потребовал Несменяемый. 

  − У них на многое глаза откроются! 

  − Разве плохо, когда глаза открыты? 

  − Вдруг они откроются не так?.. Ещё посчитают, как те смутьяны и болтуны, что вы своим правлением привели страну к стагнации! 

  − Только не это! – испугался Несменяемый. – Чтобы собственные внуки против деда… 

  − Однако подобное сплошь и рядом! 

  − Что ты хочешь за оказанную услугу? 

  − Служить вам верой и правдой! 

  − И больше ничего?  

  − Для меня это высшая награда! 

  − Вот моё повеление: с этого дня станешь моим первым советником! 

  − Какая честь! 

  − Ещё ты говорил о каких-то своих мудрецах. Это не сопливые мальчишки?.. 

  − Что вы, могущественный государь! Некоторые из них древнее могил ваших предков! 

  − Тогда их тоже будем приобщать к управлению государством! А то от нынешних министров порой умного слова не дождёшься! 

  − Царская воля – закон, вновь поклонился Ага Сер. При этом на его лице появилась хитрая улыбка, которую Несменяемый, понятное дело, не заметил. 

  − Итак, завтра с утреца мои внуки отправятся к Синеглазке. Именно завтра! Чего кота за хвост тянуть? 

  − Мудрое решение, − согласился ночной гость Никиты. – Но большая просьба: сохранить разговор в тайне! Прознает кто о сокровище Синеглазки, доберётся до тех яблок быстрее ваших внуков… 

  − Что ты, что ты! – замахал руками Никита. 

  − С вашего разрешения, могущественный государь, я позволил бы себе дать ещё несколько необходимых инструкций к предстоящей поездке… 

3

 4

   В молодости Несменяемый любил погулять. Женился он не единожды, но, как правило, быстро разводился; жизнь с одной женщиной его утомляла. Однако жестоким к бывшим жёнам он не был, не отправлял их в монастырь, наоборот, всячески задаривал подарками. Чаще всего в качестве такого подарка выступала компания, занимающаяся разработкой полезных ископаемых или строительством домов для знатных особ. Не забывал и тех, кто вообще хотел удалиться от дел; так одну свою бывшую (по её просьбе) отправил в Византию, где купил ей большой особняк на берегу моря. 

  Таким образом внуки его имели родство лишь по линии самого Никиты, бабушки у всех были разные. Так что друг на друга братья совсем не походили.  

  Откормленный, как поросёнок, Фёдор имел огненно-рыжую шевелюру, круглое рябое лицо и нахальный взгляд. Работать в министерстве или посольском приказе он считал «западло», зато имел долю в строительстве торгового флота, в соляном бизнесе, а, главное, с помощью царственного дедушки пристроился к добыче алмазов. 

  Высокий и худой Василий был более всего привязан к безопасности страны. Точнее, все правоохранительные органы старался привязать к себе. С ним дружили самые влиятельные люди государства. Ну, а дружба без соответствующих подарков тому, кто не спит ночами, думая о вашей безопасности, сами понимаете, невозможна. 

  «Хорошие у меня внучата!» − посмотрев на старших, любовно подумал Никита. И тут же, вздохнув, перевёл взгляд на младшего. 

Иван был красив: статен, белокур, с правильными чертами лица. Но… было в этом лице что-то меланхоличное, совсем не царственное. Он никак не мог осознать себя хозяином жизни, пропадал в своём иллюзорном мире, откуда ни дед, ни учителя, никто другой не в силах были вызволить его. Никита знал, если поинтересуется делами внука, тот сразу прочитает ему свою очередную поэмку. «В кого ты такой простофиля? – подумал царственный дед. – Хотя бы писал на модные темы: криминальные разборки, убийства, секс. Хорошо пристроить можно… Как же не повезло с внуком!» 

  − Дорогой дедушка, − сказал Фёдор. – Никак что-то у нас случилось? 

  − А ты угадай? – не без доли лукавства произнёс Никита. 

  − Наши западные друзья предложили нам выгодные контракты? 

  − Достал ты с этими контрактами, − сердито буркнул Василий. – Тут дело посерьёзнее. Никак заговор? Только скажи! Любого посадим и кости переломаем! Без вины сознается!  

  − А ты, Ваня, что думаешь? – спросил царь. 

  − Думаю, Фёдор не прав! Появись у нас серьёзные контракты, ты бы по-другому выглядел! Веселее! 

  − Правильно! 

  − И Василий ошибается! Был бы заговор – ты бы выглядел мрачнее тучи! 

  − Продолжай, сыщик! 

  − Потому предположу, что хочешь пригласить всю семью на мой творческий вечер! Я написал новую поэму о трагической гибели Словенска (город, который по мнению историков, существовал на месте Великого Новгорода за несколько тысячелетий до Рождества Христова. – прим. авт.).  

  − Опять он со своими стишатами! Нет, внуки, всё гораздо серьёзнее! Есть возможность вернуть мне молодость… Не желаю видеть изумления на ваших лицах! Человеку, что рассказал мне об одном чудодейственном средстве, я полностью доверяю! 

  − Дед, − осторожно промолвил Фёдор. – Молодость вернуть нельзя! Он хочет что-то получить от тебя, потому и придумал эту ахинею! 

  − Разводит тебя, как последнего лоха, − поддержал брата правоохранитель Василий.  

  Ваня, как всегда, вступил в разговор последним: 

  − Дорогой дедушка, Фёдор прав: молодость не возвращается! Наверное, сей достойный человек находится под властью чарующего обмана! Некая фея решила посмеяться над ним и шепнула насчёт молодости! Он же из самых добрых побуждений поведал о том тебе – своему государю! Прости его и поблагодари за желание помочь! А если хочешь знать действительный рецепт возвращения молодости, то я назову его… Мне принесли перевод чудного творения одного (к сожалению, безвестного) поэта. Послушай: 

  «Вы посмотрите на моих детей. 

  Моя былая сила в них жива,  

  В них оправданье старости моей». (В. Шекспир. Сонет 2 – прим. авт.). 

  Царь внимательно обвёл взглядом отпрысков и вдруг… оглушительно рявкнул: 

  − Хватит чушь молоть! Подсовывать мне каких-то неизвестных авторов! Я вам о деле говорю! 

  И Никита поведал внукам о вчерашнем визите Ага Сера. Чем больше он рассказывал, тем сильнее хмурились брови старшего и среднего братьев. Наконец Фёдор не выдержал: 

  − Ты меня еще больше убедил, дорогой дедушка, что доверился человеку с сомнительной репутацией!  

  − Покажи-ка мне эту отвязную суку, − добавил Василий. 

  − Без проблем, − раздался низкий голос позади царя.  

  Внуки Никиты и ахнуть не успели, как перед ними возникла фигура Ага Сера. Он точно вырос из-под земли! Или просто незаметно вошёл в палаты… 

В его облике было что-то пугающее и, одновременно, притягивающее. Он говорил, будто его роду дали начало волки… И действительно, в Ага Сере ощущалась звериная сила. Фёдор и Василий подумали, что не хотели бы с ним встретиться где-нибудь в лесу. Растерзает!.. Но, похоже, никого терзать он не собирался. Игравшая на губах улыбка и умный блеск глаз словно предлагали его в качестве союзника. Фёдор почему-то подумал, что такого хорошо бы использовать в финансовых операциях… С чего он так решил? Не потому ли, что уже вёл с этим Ага Сером мысленный диалог и слышал ответ:  

  − С удовольствием помогу вам, Федор! У меня хороший опыт по организации ростовщичества!  

  Василия больше интересовало другое: возможно ли использовать этого явно неординарного человека в работе карательных органов? И он получил свой ответ! 

  «У меня, почтенный Василий, имеется опыт в организации концентрационных лагерей! Это когда все ваши враги будут согнаны в несколько специально созданных мест, где их раздавят и уничтожат!».  

  Оставался Иван. Ага Сер сразу почувствовал, что у этого парня нет никакой боязни перед ним. Как нет и малейшей симпатии. Пытаясь навести с ним мосты,  Ага Сер льстиво произнес: 

  − Не вы под псевдонимом Иван Русич написали поэму «Гибель Атлантиды»? 

  − Я,− нехотя ответил младший внук царя. 

  − Восхитительно! Хотел бы привлечь вас к сериалу… 

  − К чему? – не понял Иван. 

  − Вы создаёте целый цикл однотипных рассказов, где бросаете своего героя в разные ситуации… 

  − Зачем? 

  − Подумайте, насколько облегчается ваша задача. Не надо больше мучиться над созданием нового образа, эксплуатируйте старый! Да и действия могут быть практически одними и теми же! Просто поменяйте фон, обстановку и – чуть-чуть диалоги. Так можно написать романище на сто томов! За каждый платят приличную сумму! А восторженная публика требует: ещё, ещё! Я знавал нескольких сериальщиков, которые богаче министров! 

  − Слушай, что тебе умный человек говорит, − встрепенулся Никита.  

  − Ничего, ничего, − миролюбиво произнёс Ага Сер. – Это – молодость! Повзрослеет – поймёт, что выгоднее пописывать сериалы и создавать ремейки на Гомера и Аристофана. 

  А теперь, господа, к делу! Ваш несменяемый дед сказал правду: есть то, что поможет вернуть ему молодость. Молодильные яблоки! Именно вам придётся отправиться за ними в царство Амазонок, где они растут в саду могучей царицы Синеглазки. Но никто не должен знать о цели вашего похода! 

  − Никто-никто? – переспросил Фёдор. 

  − Ни муравей, ни птица! Слишком много желающих получить сей бесценный дар! И они пойдут на всё! 

  − Неужели? – Фёдор ощутил, как внутри у него всё похолодело. А Василий со злостью ударил себя в грудь кулаком и прокричал: 

  − У, волки позорные! 

  − Ах, если бы я мог с вами пойти! Но тогда исчезнет волшебная сила яблок! 

  − Почему? – не понял Иван. 

  − Выкрасть их из сада Синеглазки может только мой ближайший родственник, − горделиво произнес уже посвященный в некоторые тайны Никита. 

  − Извини, дед, только концы с концами здесь что-то не сходятся, − решительно заявил Иван. – Ближайшему родственнику позволено красть, а более дальнему нет? 

  − Ваня, так на этом держится наше государство, − воскликнул Фёдор. – Вот теперь я окончательно убедился в правдивости слов Ага Сера! 

  − А я нет! − Продолжал настаивать младший внук. – Что-то он не договаривает! 

Ага Сер кинул на Ивана недовольный взгляд. Но тот спокойно встретил его. Маг понял: его огромная сила подавления совсем не действует на юношу. Этот романтический поэт – соперник достойный.  

  Теперь и все другие вслед за Иваном подозрительно взглянули на Ага Сера. Как бы тот ни старался избежать объяснений, но пришлось…                                                                                                                                                                                                                                   

  − Про родственников я сочинил, − сказал он. − Очень не хотелось, чтобы в наши тайны были посвящены чужие люди. В данном случае даже самые надёжные слуги могут пойти на предательство. Пусть это станет делом вашей семьи! 

  − Правильно, − похвалил его Никита. – А соврать во имя высших целей государства – дело святое! 

  − Ассоциация Белых Магов… слышали о ней?.. 

Все отрицательно покачали головами и тогда Ага Сер разъяснил: 

  − Есть такое сборище колдунов, утверждающих, что якобы в основе их магии лежат знания древней Арктиды (то есть Гипербореи. – прим. авт.). Но именно они создали молодильные яблоки. Хотя, уверен, эти прохиндеи просто украли рецепт! Больше всего Белые Маги ненавидят наш Орден Вечных Странников. Поэтому они сделали так, что мы не можем завладеть яблоками… То есть можем, но они тут же потеряют свою волшебную силу. Маги считают, что таким образом ограждают государства от нашего влияния. Мало того, мне нельзя даже помогать вашим внукам, могущественный государь, ни советом, ничем другим! Они должны будут всё сделать сами! Сами выпутываться из возможных передряг! 

  − Меня это устраивает, − заявил Иван. – Любую помощь от этого человека я бы всё равно не принял! 

  − Мы им не рассказали про живую воду, − напомнил царь. 

  − В саду у Синеглазки бьёт источник живой воды. Ни в коем случае не пейте её и не проводите омовение лица! Иначе ждут вас огромные беды! 

  − Что за беды? – вновь начал допрос дотошный Иван. 

  − Любые беды! Вплоть до того, что вода может быть отравлена! 

Федора и Василия передёрнуло. Зато на лице Ивана опять появилось сомнение, однако спросил он другое: 

  − Когда же, царь-батюшка, прикажешь нам отправляться в путь? 

  − Сегодня, сейчас! 

  − Но у меня не закончены кое-какие финансовые дела, − заныл Фёдор.  

  − И я хотел бы напоследок поучить сотрудников, − заявил Василий. – Чтобы жизнь раем не казалась! 

  − Это всё потом, − махнул рукой Несменяемый. – А то не выдержу, помру! Ведь я так болен!  

Для пущей убедительности он прилёг на кровать, закрыл глаза и сложил на груди руки. Внуки тут же обступили деда, тогда он открыл один глаз и спросил: 

  − Понятно теперь, как я болен? 

  − Так может врача? 

  − Ох, уж этот врач! – рассердился Несменяемый и мигом поднялся с кровати. – Учился заграницей, деньги за обучение платили! Я так думаю, он там по девкам бегал, а диплом купил…  

Не поторопитесь, любимые внуки, помру я! И государства не будет! Ведь только благодаря мне оно и существует!  

  − Я уже готов, дедушка, только котомку на дорогу соберу, − сказал Иван. – А куда нам путь держать? 

  Его вопрос застиг всех врасплох. Ни на одной карте царства Амазонок не было! К всеобщему удовольствию местные дамы зашифровали свое местожительство. Можно только предположить, как повели бы себя женщины из какого-нибудь патриархального общества, окажись они в их стране. Многие бы сразу попросили политического убежища, и где разместить столько мигрантов? Впрочем, были бы и другие, кто, вернувшись домой, устроили бы феминистскую революцию. А какая власть любит бунт, даже если во главе его − самые прекрасные создания на свете? 

  − У нас нет с царством Амазонок − ни торговых связей, ни дипломатических отношений, − беспомощно развёл руками Фёдор. 

  − Надо ехать на юг, − сказал Ага Сер. – Когда минуете районы Болотистых Лесов, появится зона Золотых Степей. Поверните на Запад и скачите, скачите! Доберётесь до Рус Городища, что стоит на берегу огромного Соленого озера. И там местные вам подскажут. 

  − А вы в царстве Амазонок не бывали? – с любопытством спросил Иван у вечного скитальца. 

  − К сожалению, нет! Амазонки ко мне и моим братьям-мудрецам относятся крайне враждебно. Одно появление на их территории может принести любому из нас смерть. Это их настроили Белые Маги. 

  − Значится так, − подытожил Несменяемый. – Котомки собирать вам не надо, всё давно собрано! Кони ждут у царских ворот. Так что в путь, любимые внуки! Благословляю и жду домой с молодильными яблоками! Без них не возвращайтесь!  

Внуки отвесили государю низкий поклон и отправились в путь.  

4

 5

   Уже некоторое время братья были в пути. Останавливались, как правило, на каком-нибудь постоялом дворе, пытались разговорить трактирщиков. Некоторые слышали о таинственном царстве Амазонок. Но никто не знал, где оно? И может ли существовать мир, в котором верховодят женщины? 

  Постепенно лес густел, людей встречалось всё меньше. Земледелием здесь уже не занимались. Путники осматривались: есть ли поблизости хоть одно место, где можно заночевать и подкрепиться? Не мёрзнуть же им голодным возле ночной ёлки!  

  К счастью, впереди показалась небольшая харчевня. Хозяин и хозяйка с поклоном встретили гостей. В печке потрескивал огонь, разнося теплоту и спокойствие.  

  Хозяин отправился кормить лошадей, а хозяйка усадила братьев за стол, предложив им жареного поросенка и штоф красного вина. Вернулся хозяин, как бы между прочим, стал задавать вопросы: кто, да откуда? Братья обрадовались его разговорчивости, представились сотрудниками посольства, и, в свою очередь, сами занялись расспросами.  

  Харчевня досталась хозяину (его звали Кузьма) по наследству от отца. Но, видимо, им с женой Лукерьей придётся все бросать и переезжать отсюда.  

  − Народу здесь живет немного. Проезжающий мимо путник – большая редкость. На какие средства содержать заведение? 

  − Наверное, проблема в том, что чаща совсем рядом, − поинтересовался Иван. – Значит – волки, медведи. 

  − Да, − тяжко вздохнул Кузьма. – Но не только в этом дело! Царица леса Анастасия всё ближе сдвигает свои границы к нам.  

  − Какая Анастасия? – удивлённо воскликнул Федор.  

  − Вы о ней не слыхали?! 

  − Нет!  

  − Расскажите, − попросил Иван. 

  Хозяева переглянулись. Кузьма вроде бы и хотел что-то сказать, но вдруг несколько раз оглянулся, даже подошёл к окну, словно его могли услышать. Фёдор и Василий по-настоящему трухнули, зато у младшего брата интерес ещё более возрос. Однако повторить свою просьбу он не успел, упредил вопрос Кузьмы: 

  − Вы ведь не собираетесь ехать через её владения? 

  − А где они начинаются? – тут же спросил Фёдор. 

  − Если отсюда прямиком, то примерно через три версты. 

  − Вообще-то мы как раз и собирались ехать напрямик, − возразил Иван. – Нам нужно добраться до зоны Золотых Степей. Похоже, что этот путь самый близкий. 

  − Так-то оно так, − согласился Кузьма. – Но я бы на вашем месте поехал в объезд! 

  − Лучше проехать дольше, но это надёжнее, − добавила Лукерья. 

  − А сколько времени мы потерям в пути? – спросил Василий. 

  − Дня четыре или пять. 

  − Это много, − сказал Иван. 

  − А какое конкретно место в зоне Золотых Степей вам нужно? – Лукерья будто специально уводила путников от опасной темы. 

  − Нам нужна не сама зона, − сказал Иван. – Но оттуда можно добраться до царства Амазонок. Нас послали установить с ними дипломатические отношения. 

  − Вот оно что! 

  − Не в курсе, как до них добираться? 

  − Нет, − ответила Лукерья. – И существует ли та мифическая страна вообще? 

  − Думаю – это легенда, − резко произнес Кузьма. 

  − Но какая красивая, − вздохнула его жена. 

  − Наоборот: ужасная и глупая! Женщина – командир. Нелепость! 

  Иван не успокаивался, он вновь, ещё настойчивее, попросил рассказать о царице леса Анастасии. Супруги переглянулись. Лукерья кивнула: мол, чего уж там, давай. Кузьма вздохнул, снова оглянулся и начал:  

  - Вот что рассказывают люди. Некоторое время назад Анастасия была дочерью крепостного крестьянина Устина Григорьева. Росла девочка ладной и такой красивой, что когда увидал её молодой боярин Андрей, сразу же безумно влюбился. Встречались молодые тайком, единственным свидетелем был верный пёс девушки, по кличке Дозор. Никуда от хозяйки он не отходил, а когда молодые миловались, охранял их покой. 

  Однажды Анастасия поняла, что ждёт ребенка. Прибежала к Андрею, рассказала, но тот посмотрел на неё не радостно. «Видишь ли, милая Настенька, нельзя нам далее быть вместе. Отец хочет женить меня на дочери соседа − боярина Жукова. Я супротив родительской воли пойти не в силах! Останусь без наследства, что тогда делать? Как жить?». Настя грустно посмотрела на него и ответила: «У тебя есть руки, голова! Я могу прясть, вышивать! Прожили бы…» Андрей лишь затряс головой, заплакал: «Жить в бедности?.. Никогда! Не смогу я просто…» Вот тогда и поняла Анастасия, что суженый от неё отрекся. Что оставалось делать? Прибежала домой, обо всём рассказала отцу. Гнев Устина был ужасен! Он так полосовал плетьми дочь, что непонятно: как она вообще выжила! Потом вышел во двор, хмуро приказал Дозору: 

  − Пойдём со мной! 

  Когда они отошли на некоторое расстояние от дома, Устин привязал пса к дереву, вытащил нож. Верный пёс понял, что сейчас произойдет нечто страшное, но никак не мог понять: за что хозяин с ним так? Ведь однажды ночью он спас его от волков! 

  − За что? – заорал Устин. – Ты был свидетелем их встреч! Свидетелем того, как она опозорила наш род! Ты не помешал им, не бросился на этого барского отпрыска, не загрыз его!.. 

  Дозор словно понимал его речь, как и то, что спасения нет. Вот она – награда за верную службу! В последний раз Устин взглянул на того, с кем ещё недавно делил горе и радость. Но сейчас он видел в нём предателя, который вовремя не донёс! Заполонившая сердце злость окончательно помутила разум. 

Дозор дико взвизгнул, повалился на снег. Его визг услышала Анастасия. Она догадалась: случилась ещё одна беда, её верного друга больше нет! 

Даже не страшась угроз отца, запретившего выходить из дома, она бросилась в лес, к месту казни. Дозор уже не дышал...  

Девушка не слышала больше бешеных ругательств отца, грозившего точно так же прикончить её, опустилась перед псом на колени и молила, молила его о прощении. Ей показалось, будто заиграл ветерок, зашелестела трава и явственно послышалось: «Он простил!» 

  Некоторое время девушка находилась в горячке. Родные боялись – не поправится. Что до Устина, то он, похоже, был бы даже рад возможной смерти дочери. Тогда бы уж точно никто не прознал о позоре! 

Но Анастасия поправилась. Только беды её не закончились. Однажды по утру Устин куда-то ушел. Потом сказали, что он был в поместье, о чем-то толковал со старым боярином, отцом Андрея. По истечении срока беременности, когда Анастасия разрешилась чудным мальчуганом, к её дому подъехала карета. Там были родители Андрея. Почувствовав неладное, Анастасия заметалась по комнате, схватила малыша, крепко прижала его к себе. Тогда боярин обманул её, сказал, что тоже желает подержать на руках внука. Но лишь только она отдала своё сокровище, сразу поняла обман. Она бросилась за сынишкой, однако Устин ударом кулака сбил её с ног. В полубессознательном состоянии Анастасия слышала ласковый шёпот боярина и его жены: «Ему будет лучше у нас! Мы в нём души чаять не будем! Все же сын Андрея!». 

  И опять Анастасия некоторое время была прикована к постели. Едва поправилась, пошла в усадьбу за своим малышом. Но оказалось, что хозяин с женой уехали в город, когда вернутся – неизвестно. Поняла Анастасия, что сыночка у неё отняли.  

Заревела она зверем и направилась в лес. А был тот год холодным и голодным, звери рыскали у самой деревни. Вот и решила девушка: пусть её съедят серые хищники! 

  И тут её увидел Устин. С криком: «Стой, не то запорю до смерти!» кинулся за ней.  

Страх перед деспотом отцом оказался сильнее всего на свете. Анастасия вновь подумала, что уж лучше погибнуть в волчьей пасти, чем оказаться у него в плену! И бросилась вперед, не разбирая дороги. 

Чаща становилась все более безлюдной. И тут из-за кустов выскочила стая волков. С бешеной яростью она набросились на Устина. Он пытался защищаться, выхватив нож, вонзил его в брюхо одного из хищников. Но убийц было слишком много. Он слышал хруст собственных костей, ощущал нестерпимую боль от вырванных из тела кусков мяса, которые волки на его глазах с удовольствием пожирали. Клыки вонзились в его горло, и свет навсегда померк. Устин уже не видел, как хищники уничтожали его тело, выедая все внутренности и зализывая, как драгоценный напиток, стекающую кровь. 

Когда крики отца прекратились, Анастасия поняла: его больше нет. Но приняла это безучастно. Сейчас придёт и её очередь… Она не бежала от волков, какой смысл? Она просто шла, куда вели её ноги. 

И тут осознала удивительную вещь: её почему-то не преследуют? Или хищники насытились, и охота за ней начнётся позже? 

Чаща перед Настей вдруг поредела, возникла поляна, где стояла небольшая избушка. Холод и внезапно вернувшийся в сердце страх заставили девушку постучать. Скрипучий голос произнес: 

  − Заходи, не бойся! 

  Настя вошла. Большая печь, кровать, да круглый стол, за которым сидела старуха. Хозяйка посмотрела на гостью и удовлетворенно кивнула: 

  − Ты именно такая, как я и представляла! Садись, обедать будем! 

  Что происходит? Старуха как будто ждала её?! 

Есть она естественно не стала, после случившегося – кусок в горло не лез. Но за стол села. Её опять охватила апатия: пусть хозяйка и задумала что плохое. Однако услышала Анастасия иное. 

  − Знаю о твоих бедах! Но после чёрной полосы в жизни наступает белая. Вот и я хочу предложить тебе то, что заставит позабыть о прежних невзгодах. Не удивилась, что волки не тронули тебя? Я им это приказала! 

  − Вы? – пролепетала Настя. – Почему?  

  − Видишь ли, милая девочка, я очень стара. Мне нужна та, кто сменила бы меня на моем посту! 

  − На каком посту? 

  − Царицы леса. И моя магическая книга раскрыла имя наследницы. Это ты – Настя! Соглашайся! Ты станешь повелевать всеми животными и птицами в округе! Каждое дерево склонит перед тобой свою крону! Стаи волков понесутся куда угодно по одному твоему приказу! Стервятники выклюют любому глаза! Ты станешь богата! Богатство любого властителя будет ничтожно перед твоим! Зачем жить среди тех, кто принесли тебе страдание? 

  Анастасия слушала старушку и решила, что та просто безумна. Говорит о богатстве, а в доме пустота, какой не бывает у последнего нищего! Только ради того, что не злобить ее, Анастасия произнесла: 

  − Я согласна! 

  В ту же секунду границы избушки раздвинулись, она превратилась в настоящий дворец, где в огромном зале на сверкающем изумрудами троне восседала Анастасия…  

  − Кузьма, а ведь ты гостей заговорил, отдыхать им надо, − сказала Лукерья. 

  − Что вы! – закричали одновременно три брата. – И что случилось дальше? 

  − А то и случилось, что стала с тех пор Анастасия царицей близлежащих лесов! 

  − Так она добрая или злая? – поинтересовался Фёдор. 

  − Разные слухи о ней ходят. Но встречаться с ней не советуют! 

  − Вот как? 

  − Она ведь до сих пор на людей обижена. Если кто ей не понравится, судьба его незавидна. Много народа в лесу пропало, есть подозрение… − следующие слова Кузьма произнес тихо-тихо, почти шепотом. – Что они не просто заблудились, а она их с собой увела! 

  − А увела-то куда?! 

  − Знал бы куда, возможно, не сидел бы тут с вами! 

  − Может, подарочек ей какой?.. – забормотал Фёдор. 

  Хозяева переглянулись, Кузьма озадаченно произнес: 

  − Никогда не слышал, чтобы Анастасия брала подарки! 

  − Подарки берут все, − заявил Василий. – Важны их размеры, стоимость и… надёжная «крыша»! 

  − Братья, − удивился Иван. – Неужели вы хотите подкупить царицу лесов? Боюсь, во всём нашем государстве денег не хватит! 

Настроение у старшего и среднего братьев упало до нуля. А тут еще Лукерья подлила масла в огонь:  

  − Есть те, кто утверждают, будто видели, как она летает над своими владениями на огненном змее и ищет… 

  − Кого? – у Фёдора от страха в горле пересохло. 

  − Как кого? Своего пропавшего сынка. И пока не найдёт его, не успокоится! 

  Как ни хотелось путникам ещё посидеть с разговорчивыми хозяевами, время уже слишком позднее. Требовалось выспаться, ведь рано по утру уезжать.  

Засыпая, каждый раздумывал: стоит ли ехать через владения Анастасии? 

5

 6

   Утром они распрощались с хозяевами харчевни, ещё раз выслушали их настоятельный совет: поехать в обход страшного леса. И отправились дальше.      Дорога портилась: рытвин и пней стало больше. Деревья прижимались друг к другу плотнее. Вероятно, именно здесь и начинаются владения Анастасии. 

  − Как решим? – спросил Василий. – Едем в объезд? 

  − Да, конечно, − поспешил сказать Фёдор, которому никак не хотелось встречаться с хозяйкой леса. 

  − Давайте все-таки напрямик, – возразил Иван. – Не можем мы время терять! 

  − Хочешь угодить в лапы колдуньи, которая озлоблена на весь мир? – ехидно поинтересовался старший брат.  

  − С чего ты решил, что она злая? – ответил Иван. 

  − Милый братец, даже хозяева харчевни говорят о ней шёпотом, боятся!   

  − Боятся, потому что она по сути своей необычна! Необычность может и притягивать, но чаще отпугивает… А ты чего, Вася, молчишь? Ты ведь на своей работе всякого насмотрелся! С такими монстрами встречался!  

  − Да, я брал крутых братков!  

  − Неужели человек, о храбрости которого ходят легенды, не поддержит меня? 

  Пожалуй, поддержу, − уж очень не хотелось Василию терять лицо перед сосунком Ванькой! 

  − Нас двое, − сказал Фёдору Иван. 

  − Согласен ехать напрямик, − нехотя произнёс тот. 

  Спустя некоторое время братьям показалось, будто обстановка вокруг них стала иной. Пропали весёлые птичьи трели, в чаще что-то пугающе заухало, то справа, то слева слышался волчий вой. Туча комаров ещё более густела, зуденье делалась отвратительнее, укусы − болезненнее. Фёдор окончательно пал духом, сначала боязливо оглядывался по сторонам, потом заныл, что они с Василием форменные дураки, послушались какого-то мальчишку. Василий молчал, только взгляд его пылающих глаз говорил о том, что он бы с удовольствием перевешал волков, а всех комаров извёл бы как главных врагов человечества. И только Иван был спокоен, он уверял братьев, что надо ещё немного потерпеть. Скоро они выберутся из проклятых болотистых лесов. 

  − Ничего себе «немного потерпеть», − жалобно застонал Фёдор. – Мы сюда только заехали!  

  − Да, этот ад придётся пережить ещё с недельку, − согласился с ним Василий.  

  Вихляющая дорога вдруг пропала. Путники просто ехали наугад. И вот путь ещё более усложнился. Теперь приходилось продираться вперёд в буквальном смысле этого слова. Наконец лес вообще встал сплошной стеной. Куда теперь?  

  Сразу усилился раздор между братьями. Если сначала только Фёдор ругал Ивана, то теперь к нему присоединился Василий. В ответ Иван спешился и сказал: 

  − Ждите меня здесь! Пойду разведаю дорогу! Никуда отсюда не отходите! Я крикну, и мой конь Буран ответит мне! Только тогда я смогу найти вас.  

  Едва он ушёл, Фёдор заявил Василию:  

  − Если будем слушать этого балбеса, то погибнем все! 

  − Что ты предлагаешь? 

  − Можно повернуть и поехать другой дорогой! Но без него! 

  − Куда ехать? Похоже, Ванька в лесу ориентируется лучше каждого из нас! 

  − А если вообще вернуться домой? 

  − Так ведь дед ждёт этих яблок! 

  − Когда я уже был в дороге, то подумал, что вся история с молодильными яблоками – сплошная выдумка Ага Сера. Они также помогают от старости, как чай от запора! А пока мы здесь гуляем, Ага Сер может получить такое влияние во дворце!.. 

  − Прав, Федя, нам подобного допустить нельзя! Но деду-то что скажем? 

  − Вот тут следует помозговать! Возвращаться без яблок мы не можем… 

  − Тем более, когда и половины пути не проехали!  

  − Поэтому сообщим старику, что искали, искали это клятое царство Амазонок, да так ничего и не нашли! В конце концов, победителей не судят, но и честно проигравших особо не клянут!  

  − Время пройти должно! Ищут ведь не один день! 

  − Подумаем, как убить время! Найдём по пути какую-нибудь гостиницу со смазливыми горничными и погуляем месячишко или более! Благо деньжатами на дорогу дед не обидел! А вернёмся, прижмём пройдоху Ага Сера! 

  − Дело хорошее, − подумав, ответил Василий. – Только олух Ванька не согласится! Он у нас принципиальный! 

  − А может мы его того?.. 

  − Пришьём что ли? 

  − Да, потихоньку! А труп в лесу оставим! 

  − И кто грех на душу возьмёт? 

  − Я не могу! Я – интеллектуал!  

  − А Ваське значит на мокруху идти? 

  Фёдор лишь горестно вздохнул в ответ, Василий неожиданно смягчился: 

  − Ладно, пришью дурачка! Но по возвращении домой, ты введёшь меня в совет нескольких своих компаний!  

  Фёдор заныл: «Вымогатель!», но быстро согласился. И тут же, потирая руки, спросил: 

  − Когда?.. 

  Василий глянул на него с презрением: 

  − Послушай, интеллигентская сволочь, не торопи меня! Надо выбрать удобный момент! Помнишь, насколько Ванька силён, ловок, как владеет мечом? Наш главный козырь – в его неведении. Ляжет спать, вот я его ножичком и… 

  − Без подробностей, − умоляюще произнёс Фёдор.  

  Через некоторое время раздался крик Ивана, на который его конь ответил радостным ржанием. Вскоре появился и сам младший брат.  

  − Нашел! − возбуждённо сказал он. – Нам надо пройти совсем немного, и лес поредеет! Там опять есть дорога! 

  − Только куда она выведет? – буркнул Фёдор. 

  − Не ворчи, там наш шанс! У тебя есть другое предложение? 

  Фёдор посмотрел на Василия и отрицательно покачал головой. 

  − Тогда, братья, за мной! 

  Это действительно был самый сложный участок пути: трава по пояс, коряги по колено. Путникам пришлось спешиться и взять коней под уздцы. Волчий вой как будто стал ближе… 

  Фёдор чувствовал, что силы его оставляют. С тоской он посмотрел на Василия, но тот сказал: «Когда ляжет спать!»... К тому же, недалеко волки, без Ивана им придётся худо. 

  − А вон просвет впереди, − воскликнул Иван. – Туда, туда! Там нам будет легче! 

  Они вышли на большую поляну, появилась возможность передохнуть и полакомиться тем, что приготовила на дорогу Лукерья. Но едва они присели на траву, как что-то изменилось вокруг. Сначала никто не понял: что конкретно? 

Послышался свист, да настолько громкий, что братья чуть не оглохли. Воздух заколебался, под его резкими порывами трава пошла волнами, кроны деревьев закачались, затем склонились, как холопы перед господином. В небе появилась огненная точка, которая становилась больше и больше. И вот уже огромное огненное пятно распростерлось над поляной, где остановились путники.  

  Они увидели чудо, от которого у Фёдора от страха чуть глаза не вылезли из орбит; Василий открыл рот, но так и не смог его закрыть. А у Ивана наоборот − лицо засияло. Он так опишет это явление, что обессмертит себя как поэта! 

  Пятно не просто горело, а переливалось всеми цветами радуги. По мере того, как оно приближалось, можно было различить огромного чешуйчатого змея; три головы его постоянно крутились, высматривая любую мельчайшую деталь леса. Если он что-то различить не мог, то глазищи начинали странно светиться, из них вырывался столп огня и «обследуемый» участок вспыхивал. Но пожара не случалось, потому что следом чудовище выпускало огромную струю мочи. Огонь злобно кряхтел, корчился, однако быстро гас.  

  Но самое интересное, что чудовище двигалось не само по себе. Им управляла молодая женщина в сверкающем зелёном платье. С высоты птичьего полёта она была слабо различима. Братья лишь заметили её длинный тонкий хлыст, которым она постоянно погоняла змея, корону на голове и кружившуюся вокруг неё стаю птиц.  

  Но вот змей круг за кругом начал опускаться на поляну. Иван тут же схватился за рукоять меча, Василий с небольшим опозданием сделал то же самое. Зато Фёдор повалился на колени и поднял вверх свои пухлые руки: мол, сдаюсь! 

  Змей наконец сел на траву, женщина с хлыстом легко спрыгнула и внимательно осмотрела братьев. Её лицо убивало красотой: в такую сразу же можно влюбиться и, потеряв голову, преданно бежать хоть на край света!   

  Однако после первого лицезрения затмевающей разум красоты, начинаешь обращать внимания на детали, которые либо довершают совершенство созданного природой шедевра, либо развенчивают его. Братья обратили внимание на хищно изогнутые брови царицы леса и, главное, на её глаза. Из них не струились теплота, счастье, нежность, тем более любовь. Зато вырывался такой ураган ярости, что возникало странное желание: пусть это удивительное совершенство поскорее исчезнет из твоей жизни! 

  Анастасия направилась к братьям. Теперь, когда она находилась вблизи от них, чувства страха и отторжения лишь усилились.   

  − Мы самые мирные люди на свете, − запричитал Федор. – И не желаем вашему величеству зла! 

  − Скажите, − медленно произнесла Анастасия. – Вы не видели моего сыночка? 

  Все братья отрицательно покачали головами. Фёдор попытался вставить: 

  − Мы сочувствуем вашему горю, великая царица… 

  − Я назвала его Коленька, − перебила Анастасия. – Его отняли у меня много-много лет назад. И где он теперь? 

  − Да, да, мы наслышаны. Этот Андрей, который обесчестил вас… 

  − Андрей? Ах, да! Я сожгла его усадьбу вместе с ним, его женой и ребятишками. Какой был пожар! Как они кричали! И это тоже было очень давно! 

  − Как давно? – осторожно поинтересовался Иван. 

  − Больше полувека назад. 

  − Однако вы так молоды! 

  − У людей и фей время пролетает по-разному. 

  − Тогда ваш сыночек уже не Коленька, а… дедушка! 

  − Для меня он маленький мальчик, − капризно возразила Анастасия.   Естественно, никто не решился с ней спорить. 

  − Я полетела дальше, − к всеобщему облегчению заявила царица леса. – Осмотрю свои владения и… вдруг всё-таки повезёт, я отыщу Коленьку. 

  Фёдор вдруг перестал трястись от страха. Он ощущал не только преклонение перед этой женщиной, но и безумную страсть к ней. Если она сейчас улетит, он её вряд ли когда встретит.  

  Он снова пал перед Анастасией на колени и сказал: 

  − Никогда в жизни не видал такой красавицы, как вы! Вы – та, о которой мечтал с рождения!  

  − Чего несёт этот толстый идиот? – нахмурилась царица леса. 

  − Я люблю вас! Готов служить вечно! Быть вашей туфлей или застежкой на молнии платья!  

  − Хочешь, чтобы я превратила тебя в башмак? 

  − Если он только будет на вашей милой ножке! 

  − Чокнутый, − сказала Анастасия змею. – Летим отсюда! 

  − Только вместе со мной! – чуть не рыдал Фёдор. 

  − Хочешь остаться у меня? – насмешливо поинтересовалась Анастасия. 

  − Да! 

  − Но тогда уже никогда не вернёшься домой!  

  − Согласен!  

  − Одумайся, Фёдор, − пробовали остановить его братья. – Ты не знаешь, что тебя ждёт там! 

  Но он заворожено глядел на Анастасию, не видя и не слыша ничего вокруг. Иван сделал последнюю попытку проникнуть в его сознание: 

  − Помнишь, ты учил меня, перед важным решением на время остановиться, взвесить все «за» и «против». Не отступай и сам от своего правила!  

  …Фёдор впервые прислушался, и перед ним будто открылись три дороги. По одной, что вела прямо, он ехал дальше сквозь кромешные леса к зоне Золотых Степей. А потом они с братьями сворачивали на запад к неизвестным землям амазонок. Но что его ждало в конце пути? Победа или гибель? Последнее выглядело намного реальнее. 

  А если взглянуть на другую дорогу?.. Они с Василием осуществляют свой план: убивают ретивого Ваньку, прожигают казённые деньги в кабаке и возвращаются назад. Поверит ли дед их словам? Не проведёт ли собственное расследование, в результате которого обоих братьев ждёт суровая кара?.. 

  А третья дорога вела в чертоги таинственной женщины, женщины-мечты, что не могла явиться Фёдору даже в его снах… Ведь совершенство её не знает границ! Так неужели он откажется от собственного счастья? 

  Анастасия протянула ему руку. Фёдор не колебался, через мгновения гигантский змей уносил его в неизвестный мир лесной колдуньи.  

  От огромной высоты у Фёдора закружилась голова; внизу замелькали картины. Приглядевшись, он увидел, что это не просто похожие друг на друга безлюдные участки леса. В каждом из них царила своя необычная жизнь. В одном месте прыгали и резвились зайцы, в другом танцевали лисы, в третьем – мерялись силой медведи. Потом появились какие-то неведомые создания…Это же гномы с развевающимися белыми бородами! А вот осторожно выглядывают из-за деревьев великаны с синей-синей кожей. При появлении змея все обитатели леса тут же начинали приветствовать царицу: кланялись, махали руками или лапами, кричали здравицы в её честь. От невероятного изобилия картин Фёдор потерял сознание…  

  …Он очнулся в странном месте: огромная комната, в центре которой, как тогда на полянке, продолжали скакать зайцы. Затем вышел гном в плаще рыцаря и что-то декламировал. Публика встречала его речь аплодисментами. Естественно, внимание Фёдора сразу привлекла Анастасия, которая сидела в центре на мягком диване, а рядом с ней – девушка с зелёными волосами, обнажённой грудью и рыбьим хвостом. 

«Русалка?!» 

Фёдор поднялся, хотел подойти к своей новой госпоже, но тут же налетел на железные прутья. Он даже не сразу понял, что находится… в клетке(?!) 

  − Царица леса! – вскричал он. 

  − А! Очнулся, увалень? 

  − Я… здесь? 

  − Чего ты хотел? Это теперь твоё новое место жительства. Но т-с-с! Не мешай слушать! «Ромео и Джульетта», первая постановка. Ромео – просто чудо! 

При этих её словах лицо гнома покрылось краской удовольствия. Он галантно шаркнул ножкой, но споткнулся и упал.  

  − Ничего, ничего, продолжай, − приказала Анастасия. 

  И тут в зале появился синий великан. Подобострастно поклонившись царице, он сообщил, что её сын Коленька наконец-то найден.                  

  − Так давай его скорее сюда! – крикнула Анастасия, в секунду разогнав и актёров и зрителей.  

  Великан ввёл пугливо оглядывающегося по сторонам старичка. Сделав ещё шаг вперед, гость с беспокойством спросил: 

  − Где я? 

  − Ты Коля? – перебила Анастасия.  

  − Боярин Николай Андреевич Астафьев. Меня прямо из-за стола и сюда… Зачем? 

  − Итак, твоего отца звали Андреем? 

  − Да. Но он погиб при пожаре… 

  − Знаю, − нетерпеливо перебила Анастасия. – Это я подожгла их дом! Тебя воспитывали дедушка и бабушка? 

  − Да, замечательные люди. Но… 

  − Коленька, я твоя мама! 

  − Опомнитесь, сударыня, − взвыл старичок. – Мне семьдесят пять, вы мне во внучки годитесь!   

  − Да, это примерно случилось семьдесят пять лет назад, − задумчиво произнесла Анастасия. – Тем не менее, Коленька, ты мой сын! После тебе всё объяснят! 

  Царица леса хлопнула в ладоши и приказала двум возникшим перед ней слугам: 

  − Запеленайте его и принесите игрушки! Ну, там погремушки какие и прочее. 

  − Какие погремушки?! – поразился старичок, но хваткие слуги его уже утащили. 

  Оставшись наедине с великаном, Анастасия сказала: 

  − Благодарю, что нашёл моего малыша. Ответный подарок не заставит себя ждать, людоед Коко! Смотри, какой откормленный! 

  У Фёдора мурашки по спине поползли. Он понял: разговор о нём! 

  − Славный толстячок, − подтвердил Коко. – Я его ещё немного подкормлю и с удовольствием съем! Нет, пожалуй, буду лакомиться кусочками! Сначала отрежу ему ручки, затем – ножки! А под конец уже всё остальное! 

  − Не надо меня есть! Я хороший!.. 

  − Никакой ты не хороший, − поморщился великан. – Брата хотел убить! Не отрицай, я всё слышал! А предателей я ем с особым аппетитом!  

  − Царица, я тебе ещё пригожусь! – пытался убедить Анастасию Фёдор. 

  − Дело сделано, − резко бросила она. 

  Великан схватил клетку с Фёдором и понёс к себе. Что оставалось пленнику? Проклинать тех, кто породил эдакого монстра под личиной сводящей с ума красавицы… 

6

   Долго ли коротко ехали Василий и Иван. Наконец миновали они болотистые леса – царство коварной Анастасии. Потянуло ветром степей. Вдали показалась гряда меловых гор.  

  Василий не жаловал Фёдора, но его уход показался слишком чувствительной потерей. Сколько они совместных дел уже обделали за спиной деда!  

  А вот Ваньку он не терпел. Мысль покончить с младшеньким не покидала его голову. Но при сложившихся обстоятельствах он это сделает позже. Пусть Ванька украдёт молодильные яблоки, а по возращении домой, он его тихонько и прирежет! Василий ещё добьётся того, что дед лично ему корону передаст. Ведь не вечен же старый хрыч. Даже если он и объестся своими яблоками. 

  Братья выяснили, что находятся в зоне Золотых Степей. Теперь предстояло добраться до Рус Городища и оттуда уже начать поиски царства Амазонок. Как и требовалось, повернули на запад. Иван скакал впереди, был весел и бодр, несмотря на все трудности уже пройденного пути. Василий еле держался в седле, несколько раз просил брата остановиться, передохнуть. Тот соглашался, но с неохотой, напоминая: «Дед ждёт!». После такой фразы Василий каждый раз со злостью говорил про себя: «Эх, взяла бы нечистая сила тебя с твоим дедом!». 

  Продукты закончились, пришлось закупать у местных. В разговорах с ними они узнали историю Рус Городища. 

Построен город был почти тысячу лет назад и до сих пор оставался жемчужиной зоны Золотых Степей. Основал его князь Белогор. Вместе со своей женой Лучезарой они заложили основные принципы жизни горожан, которые сохраняются до сих пор. 

  «Прежде всего, − изрёк Белогор. − Мы – город русичей и никогда никому из инородцев не разрешено здесь селиться!». Этот принцип вызывал у недругов особую ярость. На город нападали не только потому, что была нужна его территория или дань местного населения. Многим ненавистна была сама мысль, что русичи могут сами определять свою судьбу. Впоследствии на имя Ватикана, постоянно поступали жалобы на нарушение в Рус Городище прав национальных меньшинств. Ватикан даже прислал письмо в ультимативной форме. Князь Рус Городища ответил, что подобных нарушений, по сути, быть не может, поскольку в городе нет самих нацменьшинств! И тут же новое гневное сообщение от всемогущественного папы: «В том-то и дело, что их нет! А они должны быть! Немедленно пригласите их к себе на постоянное место жительства! Отдайте им рынки, больницы, театры, введите их в органы управления!». 

  Когда Рус Городище отказался, ему стали грозить крестовым походом. И даже были предприняты несколько таких попыток. Однако покорить его не удалось никому. Русичи сражались так, словно в душу каждого вошла необоримая мощь небесных ангелов. Среди горожан никогда не было предателей; каждый чувствовал, что нельзя быть сорняком среди злаковых культур, которые взращивает благодатная чернозёмная почва. 

  Второй принцип Белогора звучал так: «Все жители города равны! Потому каждый из них должен иметь свою долю в общественном благе!».  

  Рус Городищу повезло: земля вокруг таила множество богатств − золото, медь, руда. Рядом находилось соляное озеро Оскол, с утра до вечера там шла добыча этого бесценного в то время дара. И когда каждый горожанин чувствовал, что и он сохозяин дарованных Божьей милостью щедрот, то готов был биться за них с таким же остервенением, как бьются за имущество своей семьи. 

  И третий принцип: «Любая элита не должна оставаться у власти более десяти лет!». Князь считал, что новое время требует нестандартных решений, которые не всегда могут принимать наши слишком традиционные умы. 

  Вот что узнали путники об истории Рус Городища. Но поведали им и другое: великий город, духовный центр зоны Золотых Степей в последнее время стал испытывать проблемы. Между горожанами появились нешуточные распри и противоречия. В чём причина? Никто толком так и не объяснил.  

  По дороге на гнедом рысаке ехал молодой воин. Братья остановили его и спросили: как добраться до Рус Городища? Тот как раз направлялся туда и предложил довести их до места. Это им было на руку. Познакомились, разговорились. Звали его Олег. Он и поведал историю города последнего времени. 

  − Сейчас у нас на княжении Дрослав и его супруга Арина. При их правлении долгое время шло всё как обычно, город развивался. Но однажды случилось непредвиденное.  

Есть у нас в городе известный путешественник по имени Вольга. Много стран и континентов объездил. Несколько томов написал. И вот однажды он рассказал о Генуэзской республике, о том, как на одной из подвластных ей территорий открыли казино… Знаете, что такое казино? Нет? Какое счастье! И лучше бы никогда вам этого не знать! 

  − Если твой «казино» − многоглавый дракон, я готов померяться с ним силой, − вскричал Иван. 

  − Дракон, Ваня, только специфический, − вздохнул Олег. И кратко поведал, что означает сие вместилище азартных игр. Затем продолжил: 

  − Вольга начал убеждать князя и княгиню, что у нас в Рус Городище казино тоже необходимо открыть. «Потекут целые реки денег, мы все разбогатеем, как восточные эмиры. Именно все разбогатеем, поскольку собственником казино станет не власть, не отдельные группы лиц, а целый город. Чтобы свои русы не соблазнялись дьявольским азартом, мы запретим им играть! А те, кто обворовывают свои страны, путь приезжают и оставляют наворованное нам!».  

Слушал Вольгу князь, а потом спросил: 

  − Ты говоришь о богатстве. Так ведь мы и так не бедны!  

  − О, князь! О, княгиня! – заламывал руки Вольга. – Нет предела человеческому достатку! Не о себе стараюсь, обо всех моих соотечественниках!  

  − А что думаешь ты, Арина? – спросил Дрослав. 

  − Вместе с богатством в город приходят и чужие люди! 

  − Мы же не дадим им право на жительство, − сразу возразил Вольга. – Порезвятся, сыграют – и домой!  

  − Всё правильно! Но… чужаки уйдут, а пороки всё равно останутся! 

  − Хорошо, князь, давай проведем плебисцит! Он у нас в законе прописан. Как горожане решат, так и будет! 

  И горожане поддержали открытие казино. 

  − … С тех пор, − продолжал Олег. – Многое у нас поменялось. Иногда мне кажется, что это мой город и… уже не мой! А вот и он! 

  Вдали показались бойницы, золотые маковки куполов. Справа от города раскинулось озеро. 

  Олег пришпорил коня, путники сделали то же самое. Вскоре они уже находились недалеко от городских стен. 

  − Прежде чем заехать на территорию Рус Городища, многие останавливаются у озера, − сказал Олег. 

  − Почему? 

  −  Его владычица прекрасная нимфа Агнеша – чудо-провидица. Каждый может обратиться к ней с вопросом, но только с одним.  

  − И о чём её можно спросить? – поинтересовался Иван. 

  − Обо всём, что вас может ждать впереди. 

  − Это же здорово! – воскликнул Иван, а Василий недовольно скривил лицо. Он не верил предсказательницам. 

  − Прямо сейчас и спрошу, − Иван развернул к озеру коня и тут услышал от Олега: 

  − Раньше Агнеша делала это бесплатно. Сейчас, увы, времена изменились!    Сначала вы должны бросить в озеро какую-то монетку.    

  − И?.. 

  − И просто покричите её. 

  Василий и Иван проехали вдоль озера, выбирая безлюдное место. Есть такое. Иван направился к воде, Василий наотрез отказался: 

  − Я не полный лох, чтобы всяким авантюристкам деньги выбрасывать!  

  − Как знаешь! 

  − В царстве нашего деда такие лохотроны встречаются на каждом шагу! 

  Он демонстративно отвернулся, не желая смотреть, как младший брат коснулся сапогом воды. «Ей надо дать какую-то мелочь…» Как назло, её не осталось. Тогда Иван сорвал с пальца перстень и зашвырнул его в озеро. 

  − Агнеша! Агнеша! 

  Молчание, только Василий тихонько подхихикивал над легковерным дурачком.   Иван позвал снова: 

  − Агнеша! 

Вода пошла рябью, образовались пузыри. 

  − Агнеша! 

Большая струя взметнулась вверх. Вместе с ней на поверхности возникла фигура девушки. Она была прозрачная, как вода в озере, но Иван хорошо видел её острый носик и озорные глаза. 

  − У тебя только один вопрос, − напомнила девушка озера. – Спрашивай скорее! 

Царевич растерялся. Как правильно сформулировать вопрос? Достанут ли они с Василием молодильные яблоки?.. В этом он не сомневался. 

Может спросить: какая главная опасность их поджидает? Тоже не пойдёт. Сегодня главная опасность – одна, завтра – другая. 

  − Время, время, − напомнила Агнеша. 

Вопрос напросился сам собой: 

  − Кто мой главный враг? 

  − Твой главный враг – это твой главный друг, − ответила дева и тут же скрылась в водах озера. 

  Иван вернулся к Василию. Тот язвительно спросил: 

  − Сообщила она тебе чего-нибудь путное? 

  − Что-то сообщила. Только я не понял! 

  − Чем непонятнее, тем для этих пройдох лучше! 

  Пока они подъезжали к воротам города, Иван продолжал раздумывать над словами нимфы. Что она имела в виду?    

  Стража у ворот потребовала документы. Братьев спросили о цели посещения Рус Городища. 

  − Вы же видите, мы сотрудники посольства! Хотим установить с вашим прекрасным городом дипломатические отношения. 

  − Было бы лучше, если бы вы приехали сюда поиграть в казино, − сказал стражник. 

Ворота открылись, пропуская путников внутрь. 

7

 7

   Город ослепительно сиял. Православные храмы словно состязались в своём великолепии, а их строители – в своей гениальности. Деревянные дома, символизирующие уникальность зодчества руссов, сочетались с не менее красивыми − белокаменными.  

  Движение по улицам было сильным: кареты, повозки, просто наездники. Но зато чётко соблюдались границы этого движения. Ни в коем случае нельзя было сворачивать с проезжей части особенно туда, где разбросаны парковые зоны и в томной неге отдыхал народ, а детишки прыгали, смеялись, играли в прятки.  

  Братья увидели странную башню конусообразной формы, крыша которой так сильно стремилась вверх, словно хотела задеть облака. Зазывала у дверей башни кричал: 

  − Невероятная обсерватория! Такой нет нигде в мире! Увидите, как близкие планеты, так и далёкие созвездия! К нам, пожалуйте, к нам! 

  Недалеко от него другой зазывала приглашал посетить лучший в мире океанариум: 

  − Дивные рыбищи, о которых вы даже не слыхивали: рыба-пила, рыба-птица, мавританский идол, мандаринка! Вы также увидите удивительное существо – дельфина, который, по мнению ученых, не глупее человека, по крайней мере, некоторых его особей… 

  Проехав немного вперёд, Василий и Иван обнаружили ещё одно чудо: древние языческие капища. Почти повсюду на Руси они исчезли, а здесь… остались?  Отринутые историей старые божества внутри круглых площадок с любопытством рассматривали путешественников, будто собирались что-то сообщить им, но вовремя замолкали («Не наше это дело»), за площадками просматривались языческие храмы. Стояли они горделиво, совершенно не опасаясь за свою судьбу. Истинная новая вера и вера старая будто соединились здесь в неразрывную цепь великой истории.  
  Наконец дорога привела к центральной площади, где находился дворец князя. Из обрывков речей прохожих братья поняли, что жилище Дрослава стоит особняком даже среди остальных чудес города. Но посмотреть его не удалось, поскольку высокий забор охранял его от любопытных взоров, а из сторожевых башен внимательно наблюдала охрана: не дай Бог кто рискнёт переступить дозволенную черту! 

  − Смотри… − Василий кивком указал на выглядывающую из-за забора верхушку княжеской резиденции. – Одна крыша чего стоит! 

  − Да, − согласился Иван. – Такого сверкающего разноцветья я ещё не видал! Сколько бы я отдал, чтобы посмотреть на здание целиком! 

  − Так в чём проблема? Представимся, кто мы на самом деле, и нас примут, как дорогих гостей. 

  − Нельзя, − ответил Иван. – Мы дали слово сохранять инкогнито!  

  − Но ведь князь и княгиня… 

  − Даже им! 

  Упёртость Ивана вызывала у Василия всё большее раздражение, однако спорить он не стал.  

  − Мы и так, Василий, слишком долго осматривали город! Теперь нам следует выяснить: как лучше добраться до царства Амазонок? 

  − Крутой вопросик! Не станем же мы каждого ловить и выспрашивать туда дорогу?! Нас не поймут или заподозрят неладное! 

  − Да, − согласился Иван. – Если бы я мог поговорить с князем… 

  − Интересно, а что у них там? − показал Василий на видневшуюся невдалеке небольшую гору. 

  − Не о том думаешь, не о том! 

  − Хватит меня поучать! – рассердился Василий. – Молокосос! Мне уж и поинтересоваться нельзя! 

  Вконец рассерженный на Ивана, он спешился и спросил у прохожего насчёт интересующей его горы. Тот ответил, что именно там построено казино. 

  − Слышал, Ваня? – закричал Василий. 

  − Я с тобой разговаривать не хочу! Так оскорбить! Не был бы ты моим братом… 

  − Ваня, не надо дуться! И потом ты же знаешь старое правило: когда старший брат говорит, младший помалкивает! Забудем былое, я больше не обижаюсь на тебя! Лучше посмотрим казино. 

  − Я уже говорил, что ни в какое казино не поеду! 

  − Да ты послушай: именно там, за игрой можно разговориться с ребятками и выведать нужную информацию насчёт местожительства этих подруг!  

Иван задумался. Брошенный на брата взгляд говорил: «Может, ты и прав!». 

  − Боюсь только, что там собирается публика, которой амазонки по барабану! 

  − А мы за одним столиком сыграем и поговорим, потом – за другим! Там, глядишь, кто-то и расколется – уверенно заявил Василий. 

  − Поехали, − сказал Иван. − Но играть будешь ты! 

  − Уж конечно!  

  Они направили рысаков в сторону казино. Подъём оказался недолгим, гора невысокая. Но вот наконец они выехали на небольшую площадь. Их попросили спешиться и отвести коней в специальную конюшню. 

  Само здание казино напоминало знаменитый греческий храм эпохи классицизма. Прямо перед ним − фонтан, около которого в большинстве своём вели задушевные разговоры влюблённые пары. По левую сторону от казино – большой дом в старорусском стиле, украшенный удивительной по своему исполнению резьбой. По правую – питейное заведение, где столики стояли прямо на улице, люди пили пиво, другие напитки, вели неторопливые беседы, лишь иногда бросая взгляды на очередных посетителей центра азартных игр. 

  Василий и Иван зашли в «греческий храм», их с улыбкой встретили и сразу провели в игровой зал. Он был огромен, масса столов под зелёным сукном, за которыми раздавались крики, нелестные высказывания, прерываемые спокойными, но холодными и острыми, как стальной клинок, замечаниями крупье. 

  − Вот это да! Полный улёт! – возбуждённо повторял Василий. 

  Иван сразу почувствовал себя неуютно и сказал: 

  − Сделаем так: ты разговариваешь с людьми здесь, а я – на улице. Кто-то же из них должен слышать об амазонках. 

  − А? Что?.. Хорошо… Кстати, дай мне денег, дорогой братец! 

  − У тебя есть свои! 

  − Маловато для ставок! Не волнуйся, верну с лихвой! Хватит нам на путешествие туда и обратно! 

  Иван с сомнением покачал головой, однако деньги дал, оставив себе лишь несколько монет. И затем направился к фонтану. 

  Василий начисто позабыл и о брате, и об амазонках.  Игра, и еще раз игра! Дух захватывало при мысли о предстоящем выигрыше! Он уже решил, что по возвращении домой, откроет и у себя нечто подобное.  

  Плюхнувшись за столик, Василий громогласно заявил: 

  − Играю! 

  Охваченный азартом Василий не видел пары упорно наблюдающих за ним глаз… 

Иван вышел на улицу и сразу с облегчением вздохнул. Воздух казино показался ему не просто спёртым, а наполненным невидимыми ядами. Он не понимал, как люди не ощущают этой вредоносной атмосферы, мало того, упиваются ею? 

  Влюбленные пары у фонтана продолжали мило болтать, нет, это не собеседники для Ивана. Они увлечены собой, а не миром воинственных женщин. Царевич снова внимательно всех оглядел, в том числе, случайных прохожих, посетителей ресторана. И тут заметил, как один из этих посетителей… кивнул ему. Сомнений нет, он хочет о чём-то переговорить! 

  Иван подошёл к столику, незнакомец тут же предложил ему присесть. И безо всякого перехода спросил: 

  − Пива? 

  − Пожалуй. 

  − Пива моему товарищу! – крикнул незнакомец подбежавшему официанту. А когда тот исчез, добавил: 

  − Во многих кабаках Европы официантки – девушки. Полностью поддерживаю! Она проходит мимо, покачивая бёдрами, ты с удовольствием хлопаешь её по одному месту… 

  Оба рассмеялись. Иван ненавязчиво рассматривал собеседника. У него тёмные вьющиеся волосы, голубые с синевой глаза, насмешливое выражение симпатичного молодого лица. Незнакомец представился: 

  − Охотник! Это не только профессия, но и имя!  

  «Довольно странное», − подумал царевич. И назвал своё. 

  − Видел, как вы заходили в казино. Но быстро вышли. Почему не стали играть? 

  − Потому что не игрок. 

  − В этом есть своя логика.  

  − Вы местный? 

  − Да, коренной житель. 

  − Значит, тоже не играете. Местным ведь запрещено.  

  − Не играю, но с удовольствием наблюдаю, как жулики и бандиты подкармливают наш город. Кстати, вон тот дом с красивой резьбой, что напротив нас… Это местная гостиница, суточный номер в которой стоит состояние! Дороже, чем прожить два-три месяца в каком-нибудь Париже. Знаете почему? 

  − Расскажите! 

  − Жену нашего князя Дрослава зовут Арина. Но сначала его невестой была Голуба. Когда она приехала в наш город на венчание, то поселилась именно тут. Да случилась беда: она выпала из окна и разбилась. 

  − Ужасно! 

  − Однако с тех пор это место стало паломничеством туристов! Вскоре здесь и открыли гостиницу. Люди выбрасывают состояние, чтобы пожить в тех стенах, где когда-то останавливалась знаменитая покойница. 

  Официант принёс пива, Иван отпил и начал думать, как лучше повести разговор. Раз этот человек охотник, ему наверняка известно многое. 

  − Однако вы хотели меня о чём-то спросить? – вдруг опередил его собеседник. – Не мучайтесь, выкладывайте сразу! 

  − Хорошо знаете эту территорию? 

  − Не жалуюсь! Исходил тут столько всего. Богатые туристы часто прибегают к моим услугам.  

  − Тогда вы можете стать настоящей находкой! 

  − Скажите, куда вам надо? Район Поющих Ключей?.. Удивительное место, журчание воды напоминает человеческие голоса! Или древние араттские гробницы (По некоторым предположениям ученых араттская цивилизация существовала ещё до шумерской. – прим. авт.). 

  − Нет, нет, − прервал Иван. – Мне нужно попасть в царство Амазонок! 

  Последовала пауза, Охотник размышлял над словами Ивана. Потом спросил: 

  − Зачем вам туда? Красивую невесту всё равно домой не увезёте… 

  − У нас задача установить с ними дипломатические отношения. 

  − Не кормите меня сказками!  

  − Сказками? 

  − Какая может быть с ними дипломатия? Никак хотите вкусить молодильных яблок и умыться живой водой? 

  Иван решил вести игру до конца, хотя его крайне заинтересовали слова «умыться живой водой». В начале поездки его предупреждали об опасности этого… 

  − Но ведь кто выпьет той воды или умоется ею, обретёт большие беды, − сказал царевич. 

  − В первый раз об этом слышу, − удивился Охотник. – Наоборот, вода возвращает зрение незрячему! А незрячими бываем мы все, даже если по наивности кажется, что видим хорошо! 

  − Разные варианты легенды, − попробовал выкрутиться Иван, не подавая виду, что узнал страшную тайну. 

  − Похоже, это не легенда! 

  − Легенда или нет, у нас там другие дела! Царь приказал установить дипломатические отношения с амазонками, мы обязаны выполнять, каким бы это нелепым со стороны не казалось! Нам нужен проводник, который показал бы дорогу.  

  − Такой здесь вряд ли найдётся! Слишком много нехорошего о тех девицах говорят. Никто из тех, кто пытался пройти в их царство, назад не вернулся… 

  − Может, они просто не хотят уходить из женского рая? 

  − Не думаю, − самым серьёзным тоном ответил Охотник.  

  − А вы?..  

  − Что я? 

  − Судя по вашему лицу, вы человек решительный! Не согласились бы пойти с нами?  

  − Вряд ли! 

  −  А если бы мы хорошо заплатили? 

  Охотник подумал и после паузы спросил: 

  − Сколько? 

  − Сто рублей. 

  − Хорошая сумма! 

  − То есть вы согласны? 

  − Я не говорю «нет», но и не говорю «да»! Есть компромиссное решение: довожу вас до Заброшенного Города, он практически на границе с царством Амазонок. Но не дальше! 

  − Почему этот город носит такое название? 

  − Он действительно заброшенный. Все стараются обойти его стороной. Говорят, там обитают невидимые духи зла. Когда человек туда попадает, они усыпляют его. А потом делают всё, чтобы он уже никогда не проснулся.   

  − А если он чудесным образом не заснёт? 

  − Тогда минует город. Сразу за ним начинается огромное ущелье, но есть подвесной мост. Пройдя по нему, попадаешь в мир диких лесов. Где-то там и находится царство Амазонок. 

  − Их ещё надо найти! 

  − Думаю, они сами вас найдут, − усмехнулся Охотник. Он осушил кружку и спросил: 

  − Согласны? 

  − У меня есть выбор? 

  − Когда выступаем? Завтра? 

  − Сегодня! Сейчас! Мне только надо вытащить из казино брата. 

  Иван вернулся в вертеп азарта, прошёл по залу, однако Василия нигде не было. Царевич зашёл в следующий зал и вновь не обнаружил брата. Он спросил у одного крупье, у второго, те лишь пожимали плечами: «Наверное, сыграл и ушёл». 

  Охотник ожидал Ивана на улице. Выслушав его рассказ, помрачнел, однако ничего не сказал. 

  − Мы случаем не разошлись с ним? – недоумевал царевич. − Хотя пока мы сидели в кабачке, я внимательно следил за выходом. Странно… Давайте туда, где наши кони. 

  Оба коня на месте. Василий все-таки не выходил? И в казино его нет.  

  − Давайте опять в казино, − предложил Охотник. – Я кое с кем побеседую.  

Вернувшись из вертепа, он поведал Ивану о том, что приключилось с Василием:    

  − Ваш брат быстро проиграл все деньги. Но требовал и требовал карты! На нём повис огромный долг, только платить ему было нечем. Он начал угрожать сотрудникам, говорил, какой он крутой у себя на родине! Тогда его вывели и увезли в неизвестном направлении!  

  − Я бы заметил… 

  − Его вывели через чёрный ход. 

  − Знаете, кто? 

  − Догадываюсь. Чёрный Гога! Он у нас тут многих подмял под себя. А ведь даже не гражданин Рус Городища. И по закону не может им стать… 

  − Надо срочно освободить Василия! 

  − Мне для этого потребуется дней пять. 

  − И?.. 

  − И выкупить его. 

  − Сколько надо денег?.. 

  Иван застыл. Василий выгреб все его средства. И теперь ему нечем будет даже заплатить проводнику. 

  Глядя на его расстроенное лицо, Охотник всё понял и сказал: 

  − Знаю, кто вы! Внук царя Никиты, правителя одного из северных царств. Об этом ваш брат проболтался там, в казино. Тогда и я представлюсь: племянник князя Дрослава. Мое имя… хотя лучше зовите меня Охотником! Помните, я говорил, что люблю наблюдать, как жулики и бандиты подкармливают наш город? Так вот я не люблю это наблюдать! Деньги на крови не вознесут, а погубят Рус Городище! Дрослав не решился сказать «нет» наступлению разврата, разрешил какой-то референдум. Поэтому я отрекся от связей со своим родом, от престижной работы. И не стыжусь, что отныне простой охотник. Я свободен от интриг, зависти, боязни высказать своё мнение! 

Теперь о делах. Нам придётся поехать к Дрославу и просить, чтобы он выручил вашего брата. Но это не решается просто. Чёрный Гога станет умело тянуть время, плести небылицы, мол, никакого Василия у него нет. Ему выгодно иметь такого заложника! 

  − Времени в обрез! Дед очень плох. 

  − Предлагаю следующее. Я напишу князю письмо с просьбой решить вашу проблему. А мы с вами отправимся к Заброшенному Городу. Или без своего напарника вы не сможете обойтись? 

  − Смогу! 

  − И я так думаю! 

  Охотник что-то написал на большом листке. Они с Иваном снова подъехали к резиденции князя. Охотника здесь знали, выскочивший охранник отдал ему честь. В ответ Охотник протянул листок и что-то прошептал. Потом обернулся к Ивану: 

  − Можно ехать! 

  − Я не смогу вам заплатить! 

  − Отвезу бесплатно! 

  Ивану оставалось довериться незнакомцу.   

8

 8

   До Заброшенного Города они добрались без происшествий. Сдружились крепко, перешли на «ты». Охотника также манило таинственное царство Амазонок, однако идти туда он всё равно отказался. Слишком уж зловещие слухи ходили о нём. 

  − Помни, − сказал на прощание Охотник. – Ни в коем случае не засыпай! Вообще старайся проехать Заброшенный Город как можно быстрее! Коль вернёшься назад, обязательно увидимся! 

  − А как мы встретимся в том же Рус Городище? 

  − Я найду тебя! 

  − А если ты куда-то уедешь? 

  − Найду, − повторил Охотник. 

  На том попрощались. Иван пересёк черту таинственного и жуткого места – Заброшенного Города. 

  Его встретили пустые улицы, где из разбитых окон покосившихся домов не доносилось ни звука. Иван ехал, повторяя про себя два слова: «Не спать! Не спать!» На одном из перекрёстков он увидел полуистлевший скелет. Чары зла подействовали на несчастного, и он не смог с ними справиться… 

  Повернув голову направо, Иван заметил и второй скелет. Юноше показалось, что тот… ехидно улыбается: «Что, парень, хочешь избежать моей судьбы?.. Не выйдет!» 

  Иван пришпорил коня. Но беда в том, что он здесь в первый раз, плана города у него нет. Туда ли он едет? 

  Улицы, улицы, улицы… и повсюду мёртвые дома. Ни единого звука вокруг. Даже птицы не поют! И лишь то тут, то там – безмолвно взирающие на царевича скелеты.  

  Но чу!.. Точно первый живой звук. Голос?!.. Да, да человеческий голос, похоже, женский. И чарующая песня на неведомом языке.  

  Иван завертел головой, пытаясь узреть обладателя дивного голоса. Но улицы… точно захохотали, любой запущенный сад предлагал «в его зарослях поискать таинственную деву», из окна каждого дома слышалось: «Я здесь!», «Я точно здесь!» 

  Песня становилась громче, она… успокаивала, бежать никуда не хотелось. Наоборот, Ивану показалось, будто там не враг, а друг. И все разговоры о Заброшенном Городе, как о городе смерти – пустая выдумка. Город убеждал его не уезжать, а остаться здесь, пусть на небольшое время, чтобы насладиться покоем. Душу охватило умиротворение, бороться с которым становилось сложнее и сложнее. Отовсюду будто слышалось: 

  − Куда ты спешишь, человек? Жизнь − мгновение, а ты ещё укорачиваешь его! Сойди с коня, ляг прямо в траву, закрой глаза и подумай о том, что истинное наслаждение в покое, который ты тут испытаешь!  

  − Ты не обманешь меня! – взяв себя в руки, крикнул Иван в пустоту улиц. – Ты несёшь не покой, а смерть! 

  − Кто это тебе сказал? – удивленно ответила пустота.  

  − Я не слепец, я вижу! 

  − А что ты видишь? 

  − То, что наделало… твоё пение. Сколько душ ты погубил своим обманом? 

  − Никто тебя не обманывает!  

  Голос разливался с новой силой. Теперь слова песен стали понятны; они − о цветущих садах, счастливых людях, о самом прекрасном кусочке земли. О том, как радостны все родившиеся здесь. Иван заткнул уши, дабы не слышать даже толики чудовищного обмана! Однако голос продолжал проникать в мозг. Просачивался по капле, из которой возникала целая река иной реальности. Стихия воды набрасывалась на острова Сомнений, пыталась смыть их до основания. Иван чувствовал, что и на том островке, где он, казалось бы, навечно забаррикадировался от грозного водоворота, земля трясётся, рыхлеет, суша ежеминутно сокращается, а вода наступает и наступает! От её зловещего шепота: «Никто тебя не обманывает» уже больше не спрятаться!   

  И тут одну череду сомнений сменила другая. Иван увидел… обычный город с оживленными, хотя и провинциальными улицами, по которым прогуливались люди, неспешно двигались экипажи. Стараясь освободиться от наваждения, Иван подошел ближе… Ничего не исчезло. Вот бакалейные лавки, вот кондитерские, из них выходят довольные покупатели, сопровождаемые учтивыми продавцами. 

  Кто сказал, что здесь умерла жизнь? Что вокруг – одни призраки? 

  «Ваня, Ваня, иди к нам! И вместе с нами окунись скорее в эту жизнь… Не бойся, сделай всего шаг… Теперь ещё один!» 

  Иван остановился, поскольку увидел среди сотни жадно взирающих на него глаз жителей города… пустые глазницы истлевшего мертвеца. Мертвец тоже был реальным, реальнее всех остальных. 

  И это вернуло царевича к жуткой действительности. 

«Где я? Что со мной?» 

  Он по-прежнему стоял на улице Смерти, а вокруг − власть пустоты. Тогда он задал себе второй вопрос: 

  − Почему я не на коне? Где Буран? 

Иван обернулся и от ужаса у него чуть не отнялся язык. Конь лежал, подогнув под себя заднюю ногу и закрыв глаза. 

  − Нет, нет, Буран, − подбежал к нему Иван. – Пожалуйста, не спи! 

  Однако конь не слышал его. Он уже находился в своём страшном мире, из которого вряд ли выберется. Что теперь делать самому Ивану, который через мгновения может повторить судьбу своего верного четвероного друга? 

  Дьявольский голос зазвучал вновь. У Ивана не оставалось сомнений, что он принадлежал существу из преисподней. Если в первый раз ему удалось отринуть наваждение, то теперь фортуна вряд ли будет на его стороне. 

  Бежать! Бежать!  

Однако даже перед угрозой гибели, царевич предпринял последнюю попытку спасти коня: 

  − Буран, если ты сейчас не откроешь глаза, то не откроешь их никогда… 

Обливаясь слезами, он встал перед конем на колени, поцеловал его, попрощался: 

  − Я должен идти. Иначе мы оба погибнем. 

И тут… какие-то странные видения вновь заполонили его голову. Буран поднялся и… заговорил человеческим голосом: 

  − Прочитай мне свою новую поэму, Ваня! 

  − Только не сейчас! 

  − Почему? 

  − Мы должны отсюда уйти! 

  − А я никуда не хочу уходить! Я обрел здесь покой и счастье! Теперь бы золотистого овса, да хороших стишат! 

  Потом конь вдруг встал на дыбы и прыгнул в неизвестность.  

  − Прощай! – в последний раз крикнул Иван и помчался по улицам. Только дьявольское пение настигало его повсюду. Царевич опять увидел, как город ожил. Горожане обступили беглеца, смеялись, хватали его, приговаривая: 

  − К нам! К нам! Лишь тебя и не хватало! 

  − Никогда! – закричал Иван и начал рубить тянущиеся к нему руки. Окровавленные обрубки не унимались, сбивались в пары, хлопали в ладоши и тянулись, тянулись теперь уже к горлу Ивана. Всё казалось настолько реальным, что царевич окончательно запутался: где явь, а где сон? 

  Сатанинское пение ещё более усилилось, достигая некоего апогея! И вдруг… раздался громкий хлопок. Откуда он? С неба? Из-под земли? Он реальный или это тоже иллюзия?.. 

  Иван стоял, прислонившись к стене дома, и тяжело дышал. Призраки перед глазами таяли, таяли. Вот уже совсем не видно жадных взоров и беснующихся обрубков рук. Доля секунды – и остаток последнего видения полностью растворился в воздухе.  

  Почти сразу Иван услышал: 

  − Как ты? 

  Он недоуменно посмотрел на приблизившегося к нему человека: 

  − Охотник?! 

  − Да, это, я! 

  − Ты же ушел? 

  − Считай, что я передумал! На всякий случай отправился за тобой. 

  − Слышал голос?.. Чарующий голос жуткой смерти? 

   Немного. Я успел заткнуть себе уши. Сейчас покажу тебе его обладателя. Пойдём! 

  − Только сперва найду моего друга Бурана. 

  − Он сам тебя нашел! 

  Буран нёсся навстречу хозяину и весело ржал, Иван обнял его: 

  − Привет, дружище! Не думал, что ещё свидимся! 

  − Зачем так мрачно? – усмехнулся Охотник. 

  − Я услыхал хлопок! 

  − Сработало мое оружие!  

  − Какое странное! 

  − Называется ружьё, оно выпускает смертельный огонь. В нём нет ничего необычного. Просто в этих местах его ещё не видели. Но пройдет совсем немного времени и оно будет средством защиты каждого. 

  − Скорей бы! Это небесный огонь! 

  − Не делай скоропалительных выводов! Оно принесёт гораздо больше горя, чем радости! Теперь взгляни на зловещего убийцу.  

  В конце улицы лежал истекающий кровью человек. Услышав шаги, он с трудом приоткрыл глаза: 

  − Не терпится меня добить?.. Не старайтесь, я и так умираю! 

  − Так это твой голос обладал гибельным волшебством? – воскликнул Иван.  

  − Мой… 

  − Почему ты так поступал? 

  − Расскажу, если успею... С рождения природа подарила мне голос необыкновенной красоты. Но, чтобы он стал ещё совершенней, меня сделали кастратом. 

Много лет я блистал на сцене итальянской оперы. Все говорили: Массимо Офигетти – гений! Я покорил весь мир, но проиграл себя! Женщины, эти прекраснейшие создания, были для гения недоступны! И вот, невзирая на славу, я проклял мир, проклял извращённое человечество! И тогда… 

Было видно, как он угасал. Но собрал последние силы, чтобы выговориться до конца. 

  − И тогда ко мне явился некто. Не знаю, кто он? Может сам хозяин бездны… Он предложил план мщения. Отныне мой голос нёс не только совершенство звука, но и симфонию смерти. Он усыплял людей, уводя в иные миры, где осуществлялись их самые несбыточные мечты. Они были там, но проснуться уже не могли. Вечный сон! Они засыпали и у себя за столом, и на площадях, где угодно… 

Понимал ли я, что творил? Конечно! Но остановиться не мог. Месть слишком сладка! Покончив раз и навсегда с этим городом, я бы пошел дальше. И ещё… если разорвал бы с тем существом контракт, то потерял бы свой голос. А это хуже смерти… 

Он в последний раз бросил взгляд на угасающий мир и прохрипел: 

  − Да здравствует итальянская опера…  

И после этого испустил дух. 

  Иван и Охотник шли по мёртвым улицам. Царевич грустно смотрел по сторонам: 

  − Это место когда-нибудь оживет? 

  − Долгое время оно ещё будет пустовать. А потом… Кто знает? 

  − Ты спас мне жизнь! 

  − Не только тебе! Уж очень хотелось изловить этого гада! 

  − То есть я был приманкой? – догадался Иван. 

Охотник не отреагировал на вопрос, словно не услышал его. 

Заброшенный Город остался позади, они спустились к ущелью. Внизу по каменистой местности протекала бурная река. Пройдя немного вперёд, друзья увидели подвесной мост. 

  − Твоя дорога, − кивнул Охотник. 

  − Может, всё-таки рискнешь?.. 

  − Я сразу сказал: туда не ходок! 

  − Все равно спасибо! 

Крепко обнявшись, они простились уже во второй раз. 

Буран встал на дыбы, никак не желая приближаться к мосту. Иван то уговорами, то жестким окриком заставил его это сделать. Пока они переходили на другой берег, мост подозрительно раскачивался… 

  Но вот они уже на другом берегу. Прямо перед ними раскинулся царственный лес. Громадные дубы чередовались с пирамидальными тополями. Чувствовалось, что начинается южная растительность. 

  Некоторое время Иван ехал по безлюдным дорогам. Вокруг царила тишина, прерываемая только пением птиц. Царевич ласково потрепал Бурана по загривку: 

  − Что-то не спешат хозяева поздороваться с гостями! 

Дорога пошла круто вверх. И тут Иван понял, насколько эта тишина обманчива… В одно мгновение их окружил вооруженный женский отряд. 

Он поднял руку для приветствия, но в лицо ему что-то плеснули. Иван сразу отключился, и уже не представлял: где он? И что происходит?  

9

 9

   …Очнулся Иван в какой-то хижине, руки и ноги были связаны. Он попытался высвободиться, призывал развязать его. В хижину вошла спортивного вида девушка с огненно-рыжими волосами и лицом удивительной красоты: зелёные глаза, небольшой рот, тонкий прямой нос, сверкающие ряды белых зубов. Иван решил, что с таким ангелом он обязательно договорится, вежливо поздоровался. Однако в ответ услышал: 

  − Очнулся, проклятый шпион? 

  − Шпион? – удивился Иван.  

  − Выходит, просто так заявился в наши края? Ради забавы? 

  − Подождите, пождите, − начал было царевич, однако амазонка резко оборвала: 

  − И чего вам – мужикам неймётся? Так и лезете сюда! 

В хижине появилась ещё одна девушка, которая что-то прошептала рыжеволосой. Та выслушала, нахмурилась, кивком приказала ей удалиться. И снова посмотрела на Ивана: 

  − Твой конь отказывается нам повиноваться!  

  − Он повинуется только мне! И как хозяину, и как другу! 

  − Но если он и дальше будет продолжать себя также вести, нам придётся его убить…  Как сразу дёрнулся! Дорожишь им! 

  − В чём я перед вами виноват? – в сердцах крикнул Иван. 

  − Хотя бы в том, что родился мужчиной! Мужчина − это ошибка природы! Злое, себялюбивое существо, стремящееся повелевать всем и вся! Уже не животное, но ещё не человек… Я тебя быстро приведу в нужное состояние покорности! Знаешь, что для начала сделаю? Подвешу вниз головой и буду поджаривать пятки! 

  Чем больше злобы она из себя изливала, тем всё более совершенней казалась её красота. «Как злобному зверю удалось отыскать себе такую ангельскую оболочку?» Впрочем, сейчас надо думать о другом: как спастись самому и помочь Бурану? 

  − Я посол, − сказал царевич. – С нами так не обращаются! 

Однако и этот аргумент не возымел никакого действия. 

  − Не знаю, кто и зачем тебя прислал, − ухмыльнулась рыжеволосая. 

  − Для того, чтобы установить между нашими странами дипломатические отношения! 

  −  В таком случае нужно было отправить к нам женщину! 

  − Да, но дорога сюда слишком опасная! И мы не знали, что мужчины вызывают у вас такое неприятие! 

  − Не боготворить же их! Я вообще не понимаю, зачем нам с кем-то устанавливать какие-то отношения? Так и скажу Синеглазке. 

В этот момент еще одна девушка вошла в хижину. Иван тихонько ахнул: она была похожа на рыжеволосую как две капли воды. Только волосы у нее иные – цвета спелой пшеницы. Девушка с любопытством и… болью посмотрела на Ивана. 

  − Вот сестра, − заявила рыжеволосая. – Хочу подвесить его вниз головой и начать поджаривать пятки! 

  − Зачем, Златовласка? 

  − Утверждает, будто его прислало какое-то Хреново государство дипломатию с нами выстраивать! Только я ни капельки не верю! 

  − А вдруг не врёт? 

  − Легковерная ты, Любава! Зачем к нам лезут разные авантюристы? Во-первых, они охотятся за нашими прекрасными женщинами, чтобы потом отправить их в кухонное рабство! Во-вторых, им нужны молодильные яблоки и живая вода! Так что он пришёл либо за одним, либо за другим! Вот и выясним: зачем? 

  − Мне почему-то его жалко, − вздохнула Любава. – Симпатичный до ужаса… 

  − Да, ничего, − согласилась Златовласка. − Может сделать ему операцию по перемене пола? 

  − Ой, не надо! – застонал Иван. 

  − Дурень, радуйся, если уговорю Совет пойти на это! Жив останешься! Из ошибки природы превратишься в её лучшее творение! 

  − Разреши, сестра, задать ему вопрос? – молвила Любава. – Стихи сочиняешь? 

  − Стихи? – удивился Иван. – Вообще я поэт. 

  − Здорово! – обрадовалась Любава, а Златовласка нахмурилась: 

  − Чего задумала, сестрёнка? 

  − Помнишь, что должно случиться через два дня? 

  − Ещё бы! День рождения Синеглазки. 

  − Пусть он сочинит ей поздравление в стихах! Ещё лучше – сонет! 

  − Глупости! 

  − Почему? Не ты, не я не обладаем поэтическим даром. 

  − Мысль неплохая, − подумав, согласилась Златовласка. И пленнику. – Сможешь? 

  − Постараюсь! 

  − Не «постараюсь», а «смогу»! От этого зависит твоя дальнейшая судьба! 

Последнее замечание осложняло дело. Иван-то считал себя поэтом, а что думали другие?.. Но тут его освободили от верёвок, принесли перо и чернильницу. 

  − Дерзай! – бросила Златовласка. – И помни: мы рядом! 

  − Муза слишком ревнива, возразил царевич. – Она требует полного одиночества! 

  − Плевала я на желания твоей музы! 

  − Раз он так говорит, давай подождём его снаружи, − попросила Любава. Златовласка поворчала, но согласилась. 

  Оставшись один, Иван залихватски написал несколько строк. Но поскольку от уровня творчества зависела его судьба, решил критически прочитать написанное. И… поразился собственной бездарности. За подобный «шедевр» ему не только пятки поджарят, а живьём на костре сожгут. 

Надо попробовать ещё раз… Совсем плохо. 

Время летело так стремительно, словно кто-то его специально подгонял. Глобальные мысли так и не рождались, вместо них получалось что-то маленькое и невзрачное. Доходя до бумаги, оно ещё более серело, превращаясь в такого уродца, что невольно хотелось плеваться. 

«Это мой конец?» 

И тут он вспомнил о неизвестном английском поэте, сонеты которого ему недавно прислали. Он запомнил там одно посвящение. Попробовал воспроизвести его. Вот то, что нужно! 

И он быстро написал на листке:   

 «Её глаза на звёзды не похожи, 

Нельзя уста кораллами назвать, 

Не белоснежна плеч открытых кожа, 

И чёрной проволокой вьётся прядь. 

С дамасской розой, алой или белой, 

Нельзя сравнить оттенок этих щёк. 

А тело пахнет так, как пахнет тело, 

Не как фиалки нежный лепесток. 

Ты не найдёшь в ней совершенных линий, 

Особенного света на челе. 

Не знаю я, как шествуют богини, 

Но милая ступает по земле. 

И все ж она уступит тем едва ли, 

Кого в сравненьях пышных оболгали». (В. Шекспир, сонет 130 – прим авт.) 

  Иван окликнул сестёр. Те тут же явились и стали его первыми слушателями. Требовался вердикт. Незадачливый «поэт» попросил его не судить строго.  

Девушки некоторое время молчали. Потом в один голос заявили: 

  − Шедеврально!  

  − Только у Синеглазки не чёрные волосы, а русые, − спохватилась Златовласка. 

  − Давайте поменяем одно слово, − предложила Любава. – И русой проволокой вьется прядь. 

  − Русой проволоки не бывают, − заявила сестра. – Пусть поэт подумает над этой строчкой. 

«Хорошо сказано, − выругался про себя Иван. – Именно эта строчка может всё испортить!». 

  − Подобные откровения поэту приходят только раз, − заявил он. – Следующих придётся ждать очень долго! 

  − Придётся подождать, − пожала плечами Златовласка. 

  − Что, если не успеем?.. 

  − Сестра, − вмешалась Любава. – Какие точно у Синеглазки волосы? 

  − Русые. 

  − Не русые, а тёмно-русые. В нашем деле один тон значения не сыграет. 

  − Пожалуй, − согласилась Златовласка. – Поэта пока освободим, но будет он под постоянным нашим присмотром. 

  Любава вышла из хижины последней. Она успела шепнуть пленнику: 

  − Сделала для тебя всё, что смогла! 

  Это были два дня кошмара. Умеющий выбираться из любых передряг, Иван почувствовал: здесь это не удастся. Столько охраны вокруг! Если он и мог выйти из хижины, то лишь в присутствии конвоира, которая провожала его даже по нужде. Одно неуклюжее движение – и на царевича был наставлен арбалет. О чём-то беседовать с ней было бессмысленно и опасно. Поэтому он предпочитал молчать.  

  Хорошо, что за эти два дня он не видел злобной красавицы с рыжими волосами. Насколько же сёстры разнятся между собой внутренне! Любава ему сильно нравилась. Повстречай он её не в царстве Амазонок, а любом другом месте, наверняка бы посватался. 

  Однако было за эти два дня и счастливое событие – встреча с Бураном. Как они оба радовались, хотя их разделяла перегородка. Иван говорил ему ласковые слова, а Буран фыркал и фыркал…  

  Но вот сёстры возвратились со дня рождения Синеглазки. Впервые Иван услышал от рыжеволосой ведьмы скупую похвалу в свой адрес. Вечером того же дня случилось неожиданное.  

Златовласка пришла к нему в хижину и напрямик спросила: 

  − Хочешь выйти отсюда? 

  − У вас хорошо, но дома лучше, − дипломатично ответил Иван.  

  − Выполнишь одну мою просьбу, помогу! И даже провожу до границы царства! 

  − Что я должен сделать? 

  − На мечах сражаешься? 

  − У себя был одним из лучших! 

  − Не трепись, почём зря! Покажешь мне свое искусство? 

  − Покажу! Только зачем? 

  − Через три дня у нас состязание. Мы переоденем тебя женщиной, выйдешь против Синеглазки и победишь ее! 

  − И она согласится со мной сразиться? 

  − Уже пустили слух, что к нам из одной восточной страны приезжает боец, равной которой нет в мире! Синеглазка заинтересовалась! 

  − Зачем это надо тебе? – повторил Иван. 

  − Раз прошу, значит надо, − отрезала Златовласка. 

Однако царевич почувствовал, что в его руках появляется козырь. Поэтому не спешил с ответом. 

  − Право не знаю… 

  − Я не просто помогу тебе уйти, − продолжала соблазнять его рыжеволосая ведьма. – Но ещё дам на дорогу молодильных яблок и живой воды! 

Стараясь не выдать волнения, Иван лениво произнёс: 

  − А зачем они мне? 

  − Как зачем?! Именно благодаря этим яблокам мы живём гораздо дольше обычных людей! Сорокалетняя женщина у нас выглядит на двадцать! 

  − Мне бы малость подумать! 

  − Соглашайся или… извини, в живых тебя не оставлю! 

Златовласка произнесла это столь решительно, что сомнений в правоте её слов не оставалось. Иван горько вздохнул: 

 − Согласен! 

  − Отлично! Сегодня отдыхай, а завтра покажешь, на что ты способен! 

Она ушла, оставив Ивана одного. Что-то нехорошее задумала ведьма… 

  Царевич долго не мог уснуть, всё ворочался на своем твёрдом, узком топчане. Когда же веки его наконец сомкнулись, над ухом раздался тревожный голос.  

  − Проснись, Ваня! 

Это была Любава, которая тут же приложила палец к губам: 

  − Молчи и слушай! Вздумаешь, что спросить, сделай это тихо-тихо! Не дай Бог, услышит сестра! 

Итак, она просила тебя, переодевшись женщиной, сразиться с Синеглазкой? 

Иван кивнул, Любава продолжила: 

  − Для тебя это смерти подобно!  

  − Я неплохо сражаюсь! 

  − Какая разница, как ты сражаешься! Во-первых, перед Синеглазкой не устоишь и нескольких секунд! Только главное не в этом!  

  − А в чём? – шепнул юноша. 

  − Отвечу, если прежде ответишь мне. Смог бы ты полюбить Любаву? 

  − Смог бы! – честно признался Иван. – Да я уже влюблён в тебя! Сколько видел девушек в нашем мире, но подобной красоты не встречал!  

  − Не знаю, каков он ваш мир? – задумчиво произнесла Любава. – Наш – суров сверх меры. Живём в землянках или в таких вот маленьких хижинах. Утром – тренировки, потом лекции, где нам объясняют, что все народы против нас, потому что только мы вознесли женщину на должный пьедестал. И снова тренировки – по конкретному ведению боя: нас учат, как безжалостнее убивать врагов, чтобы в сердца остальных вселился ужас. 

Мы едим яблоки, которые помогают нам стать моложе, красивее. Только для кого нам блистать красотой? Вот мы и говорим друг другу бессмысленные комплименты. Женщина-воин, лишенная любви и ласки, уже не женщина! 

  − Я давно хотел спросить… 

  − Тсс! Ещё тише! 

  − …Как вы размножаетесь? 

  − Раньше мы совершали набеги на селения, отлавливали красивых самцов, затем убивали их за ненадобностью. Потом добывать самцов становилось тяжелее: против нас ополчились целые государства. В боях мы теряли лучших дочерей. А какой трагедией было рождение мальчика! Приходилось сбрасывать его в пропасть… 

(Иван вздрогнул: «Так поступают те, у кого на первом месте должен быть материнский инстинкт?!») 

  − …Ещё мать Синеглазки дружила с обществом Белых Магов, уверяющих, что только они обладают таинственными знаниями Древности. Она умоляла их помочь в сложившейся ситуации. И те пошли навстречу: подарили аппарат, вырабатывающий мужскую сперму. Теперь самцы для воспроизводства нам больше не требовались и производить мы стали исключительно девочек. 

Потом мы получили от Магов ещё один усовершенствованный подарок: амазонка больше не беременеет. У нас есть центры, где в специальных капсулах производят на свет малышек. В детали производства я не вникала, но все они рождаются красивенькими, здоровенькими и послушненькими.  

  − Чудеса! – разинул рот царевич. – Только зачем это нужно? 

  − Синеглазка говорит, что беременность женщины притупляет в ней ощущение воина… 

Вот из этого мира я и хочу сбежать! Бежим вместе? Я приведу двух рысаков, одним из которых будет твой Буран. Если всё сделаем правильно, то уже через несколько часов окажемся на границе. Главное добраться до моста. Сёстры его переходят только при исключительных обстоятельствах. 

Ты не можешь не принять моё предложение. Знаешь, почему тебя хотят переодеть женщиной и выставить на бой с Синеглазкой? Если выяснится, что царица сражалась с мужчиной – с низшим существом, её ждёт позор, от какого не отмоешься.  

  − А зачем это твоей сестре? 

  − Есть группа женщин, которые хотят убрать Синеглазку и посадить на трон её конкурентку. Златовласка среди них. 

Иван не представлял, насколько можно верить Любаве? Но, она права, иного выхода у него нет. Однако оставалась ещё одна проблема… 

  − Не могу я с тобой бежать сегодня. Я внук царя, Любава, дедушка очень болен. Ему необходимы молодильные яблоки! 

  − Хорошо, специально для тебя добуду несколько штук… Не волнуйся, этого хватит надолго! 

  − Ещё хотел спросить тебя про живую воду. Говорят, она открывает человеку глаза на истину. Но если вы её пьёте, почему для вас она закрыта? 

  − Сначала истину надо постичь! Для того человеку и дана свобода воли! 

  − А живая вода?.. 

  −  Она только помогает тебе утвердить в жизни то, что ты сам считаешь истинной! Твой конкретный помощник в делах, не более! 

  − То есть она может попасть и к тиранам, преступникам и тогда её действие для людей губительно? 

  − Вот ты и ответил… Ладно, будет тебе живая вода! Надеюсь, ты её используешь для благого! 

Завтра делай всё, что потребует Златовласка. Вечером не смыкай глаз… 

И Любава бесшумно удалилась. 

10

 10

   Иван не подвёл. Он показал своё мастерство бойца, и безропотно позволил переодевать себя в женскую одежду. День сменил вечер, за ним пожаловала ночь. Ему оставалось ждать… 

Время давно отстучало положенные сроки, а от Любавы – ни слуху, ни духу. Вновь возникли подозрения, что его провели, как мальчишку. «Да я и есть мальчишка!» 

Когда надежда умерла окончательно, в проёме хижины возникла Любава: 

  − Извини, задержалась! Ждала, когда подействует снотворное, которое я подсыпала в бокал сестры и её сподвижниц. Едем! 

  − А яблоки? 

  − Тебе нужны они или я? 

  − Лично мне – ты! А вот деду не помешало бы сбросить с десяток или более годков! 

  − Всё у меня, − улыбнулась Любава. – В путь! 

  Ночь окружала их удивительно-спокойной тишиной, однако Любава несколько раз придерживала своего рысака, прислушивалась, затем снова задавала такой темп, что Иван еле поспевал за ней.  

Внезапно девушка остановилась, огляделась: 

  − Всё слишком гладко! И это мне не нравится! 

Иван не стал ничего уточнять. Она знает лучше. 

  − Видишь, где заканчивается лес? Там – пропасть и мост через неё. 

И вновь сумасшедшая гонка в темноте. Спасение рядом! Однако у самой опушки леса их… поджидал женский отряд во главе с Златовлаской.  

  − Хотела меня провести, сестра? Только я хитрее! Я сразу почувствовала неладное, поэтому никто не пил твоего вина! Пропасть рядом! Если мы вас сейчас туда сбросим, никто и никогда не обнаружит трупы двух сумасшедших влюбленных! 

Иван схватился за рукоять меча, готовый до конца стоять за свою возлюбленную. Златовласка лишь рассмеялась: 

  − Не смеши! Может, у себя в царстве ты и впрямь лучший боец. Но здесь – никто! Любая из нас не оставит от тебя мокрого места! 

  − Стой, Иван! – сказала Любава. – Дай мне поговорить с сестрой с глазу на глаз! 

  − Я не веду бесед с предателями! 

  − Сделай для меня исключение! Мы родились ещё в то время, когда нас вынашивала одна мать! 

  − Хорошо, − после некоторых раздумий согласилась Златовласка. – Потолкуем! Девочки, а вы пока следите за беглецом! 

Сестры отъехали на некоторое расстояние. Златовласка ехидно поинтересовалась: 

  − Надеешься на снисхождение? 

  − Почему ты такая жестокая?  

  − А какой мне быть по отношению к предателю? Пыталась помочь бежать чужаку, который потом раструбит о нас на всех перекрестках! 

  − Он ничего не расскажет! 

  − Откуда ты знаешь? 

  − Мы возьмём с него слово! 

  − Веришь слову мужчины? 

  − Я ручаюсь за него! 

  − О, как ты влюбилась! Недаром Синеглазка предостерегает от этого страшного чувства! 

  − Отпусти нас! Обещаю, что и я никогда никому не расскажу о твоем участии в заговоре против царицы! 

  − Рассказам никто не верит! Нужны доказательства! У тебя они есть? 

  − А нужны ли они? Не выступай против царицы, сестра! Тебя и единомышленниц раздавят! Тебе не тягаться с Синеглазкой! И зачем вам ненужные распри? У вас одни цели, одни идеалы! Пусть просветлит твой ум живая вода…  

А меня отпусти! Отпусти в тот мир, где я хочу быть счастливой, ибо иду в него с человеком, которого люблю! 

  − Ты всегда говорила, что более всего любишь меня, − голос Златовласки вдруг задрожал. – Выходит, его сильнее? 

  − Да, − призналась Любава. – То – другая любовь!  

  − Хорошо, − после некоторого размышления ответила Златовласка. – Давай к остальным! 

  Иван по-прежнему находился в окружении девиц с нацеленными на него копьями. Когда сёстры вернулись, он понял: их с Любавой судьба решилась. Но как? 

  − Иван, − сказала Златовласка. – Клянёшься сохранить в тайне всё, что видел и слышал здесь? 

  − Клянусь! – ответил царевич. 

  − Тогда я отпускаю тебя со своею сестрой! Но коль нарушишь клятву, или обидишь Любаву, тебе не жить! Одна из наших сестёр всё равно разыщет тебя и убьёт! От амазонок спасения нет! 

Златовласка обнялась с сестрой, кивнула девушкам, и они унеслись прочь.  

Иван и Любава стояли перед висячим мостом. Предстояла трудная дорога домой. 

  Они миновали Заброшенный Город, который уже перестал быть логовом смерти, но ещё не стал символом жизни. Дальше путь лежал по пыльным дорогам зоны Золотых Степей. До Руса Городища − рукой подать. 

И тут им наперерез выскочил умолявший о помощи худой человек в лохмотьях. Узнав Ивана, закричал: 

  − Братец, это ты?  

  − Василий?! Что случилось? 

  − Сбежал от местных бандитов… Ты-то как?! 

  − Возвращаюсь к деду. Невеста моя – Любава. 

  − Значит, достал эти яблоки? 

  − Достал! 

  − Каким образом? 

  − Потом расскажу! Сейчас надо подумать о твоей безопасности! И о внешнем виде… Коня тоже увели? 

  − Увели! Разреши, сяду позади тебя? 

  − Прыгай, − крикнул Иван. 

Если бы он в эту минуту посмотрел на Любаву, то заметил бы в её глазах огонек недоверия к Василию. Однако вслух девушка не проронила ни слова. 

Они проехали еще чуть-чуть, и тут… из-за деревьев выскочил разбойничий отряд – человек пятнадцать. В тот же миг за спиной Ивана послышался душераздирающий крик… 

  − Василий вытащил нож и уже собирался ударить тебя в шею, − успела шепнуть Любава. – Пришлось его мечом…  

Тем временем бандиты взяли путешественников в кольцо. Один крикнул: 

  − Гога, они в ловушке! Похоже в наших руках не только царский внучок, но и бесценные яблоки! Теперь денежки потекут к нам рекой! 

Гога появился последним. Он еле держался в седле, однако самоуверенным выглядел до крайности. Но, увидев Любаву, забыл про все сокровища на свете… 

  − Какая дэвушка! – он несколько раз прищёлкнул язычком. − Это нэш главный приз! 

Он протянул к ней свою большую волосатую руку и… Всё произошло стремительно. Никто не успел ничего понять, даже Иван, готовый сражаться с ним насмерть. Меч в руках амазонки сверкнул со скоростью молнии! Отрубленная голова Гоги покатилась по земле, а его вожделенный взгляд уже мёртвых глаз всё ещё был устремлен на своего прекрасного палача. 

Бандиты остолбенели, потом бросились на путников. Иван отбивал все атаки, но ещё более поражала Любава, рубившая врагов, как капусту.  

Они бы выстояли, но к бандитам из леса спешило подкрепление. Силы были не равны. И тут… оглушительный хлопок. Затем ещё один и ещё! Бандиты падали как подкошенные. Они не знали, кто это, за какие грехи их поражает насмерть, но с криками ужаса поспешили скрыться. 

Иван увидел Охотника, который подъехал к нему и сказал: 

  − Я предупреждал, что наша встреча окажется не последней! 

Царевич представил свою невесту. 

  − Похоже, ты нашёл, что хотел, − улыбнулся Охотник. 

  − Да! А как дела в Рус Городище?  

  − Казино закрыли. Пусть будет меньше доходов, зато не появится очередной Чёрный Гога! 

Любаву заинтересовало новое оружие. Даже сейчас, покинув сестёр, она думала о них, попросила достать для них партию ружей. Охотник грустно ответил: 

  − Я уже говорил Ивану, что скоро от этих вещиц не будет миру спасения! 

  Потом по его настоятельной просьбе Иван с невестой отдохнули немного в Рус Городище и двинулись дальше. 

 

Эпилог

 

  Первое, о чём они узнали, прибыв домой: Несменяемый умер, и после долгих дебатов, в руководстве страны, как ни странно, возобладали разумные силы, предложившие избрать царём Ивана. Он спросил у Любавы: 

  − Что мне делать? 

  − Умойся живой водой! 

И сразу у Ивана на многое открылись глаза. Он не просто стал царём, а настоящим хозяином своей земли!  

  Для процветания государства нужны были два главных условия. И он их выполнил. Изгнал всех мудрецов Ага Сера, успевших заразить народ болезнью процента и уже опутавших с помощью своей шакальей хитрости верховную власть. (Кстати, сам Ага Сер удрал ещё до возвращения Ивана). И второе: помня историю Рус Городища, Иван стремился осчастливить не только приближённую знать, но и весь народ в целом! 

Вот потому и любили его! 

  Долго они царствовали с Любавой, а когда чувствовали, что наступает старость, съедали по яблочку. И жизнь шла по кругу.  

Но всё равно наступило время сойти со сцены. Как они жили в полной гармонии друг с другом, так и умерли в один день… 

 

 При оформлении использованы работы художника В.Б. Иванова

 

 

 

 

 

   Представляем вниманию наших читателей сказку-притчу с элементами тонкой политической сатиры известного писателя − основателя Издательского дома и интернет-портала «Литературный коллайдер», а также Председателя редакционного совета нашей всероссийской газеты «Русская Берёзка» Александра Павловича Владимирова


Странствия Колобка

(Еще одна версия известной сказки) 

Глава 1 

  Случилась эта история в стародавние времена, когда по широким просторам русской земли ходили только светловолосые голубоглазые люди, когда были ещё в почёте такие понятия, как честь и совесть, а некоторые неоспоримые плоды цивилизации не проникли в каждый дом.  

  Жили в деревне Вольная старик со старухой. Дети их погибли, защищая родную сторону от набегов ворогов. Осталось у них единственное утешение – внук Ванечка. Баловали его старики, кормили до отвала, а от работы оберегали. Потому был он упитанный, кругленький, похожий на колобка. Соседи его так и прозвали: Ваня Колобок. 

  Подрос Колобок, скучно ему стало в избе стариков. Да и какая уж тут радость? Целый день либо на печи лежит, либо по деревне без дела слоняется. Стал он упражняться в стрельбе из лука и достиг небывалых результатов. Такого охотника в их деревне еще никогда не было. Но с некоторых пор и охота перестала его увлекать. Захотелось ему посмотреть другие земли. Он сказал об этом старикам. Те в слёзы! Уговаривали образумиться. Но Ваня ни в какую. «Хочу мир посмотреть и точка! Не отпустите добром, сам убегу!» Поняли дед с бабой какой пробел допустили в воспитании внука. Но, как говорится, время вспять не повернёшь.  

  Дед выменял ему у соседа за топор новые сапоги, бабка пошила кафтан, напекла корзину пирогов. Попрощался с ними Колобок, взял лук, колчан со стрелами и отправился в путь-дорогу. 

  Он и сам пока не знал, куда шёл. Солнышко раскидывало золотые лучи на густую зеленую траву, каменистую дорогу. Птицы весело пели, словно приветствуя появление юноши в доселе неведомом для него мире. Разве можно верить во что-то плохое? Жизнь прекрасна и удивительна!   

  Дорога вывела путника к гряде высоких холмов, за которыми открывались бескрайние дали. И здесь Колобок впервые задумался о конечной цели своего путешествия. 

  И тут… о, чудо! Прямо перед ним появилась птица. Да какая! Грудка сияла, точно рубиновая, огромный хвост переливается разными красками: зелёными, синими, оранжевыми. С минуту глазел Колобок на птицу, а она даже не пряталась.     Наоборот, мелькала перед Ванюшей, будто специально дразнила его. 

  − Погоди же! – вскричал уязвленный Колобок и натянул тетиву. 

  Пустил стрелу, да только птица ловко упорхнула и затем опять замаячила перед глазами. Колобок еще раз пустил стрелу и… вновь промазал. Птица полетела, а он бежал за ней, бежал, пока не оказался у края оврага. Ему показалось, что птица… подмигнула незадачливому охотнику. 

  − Ах, ты так? Ну, держись! 

  Он сделал шаг вперед и… полетел в овраг.  

  К счастью, обошлось без травм и переломов, хотя несколько крупных ссадин он получил. Но это ерунда. Другое дело… неожиданно появившаяся рядом с ним девушка. Да такая красавица, что дух захватывало! Волосы – цвета спелой пшеницы, голубые глаза – в пол-лица, кожа белая-белая, а фигура – стройней берёзки. 

  − Кто ты?! – только и смог выговорить Колобок. 

  − Я – та птица, что ты пытался подстрелить, − расхохоталась незнакомка. 

  − Не может быть… − пролепетал поражённый юноша. 

  − Может, Ваня, может. Но я простила тебя. Ты ведь не знал в кого целишься.  

  − Все равно… Прости, ох прости меня, дурака! 

  − Я ведь уже сказала, что простила. 

  − Правда? – просиял влюблённый Колобок. – А как звать тебя? 

  − Синеглазка. Я дочь волшебника. Потому умею превращаться в разных животных и птиц. 

  − Да?.. − разочарованно протянул Иван и тут же объяснил свою реакцию. – Ты мне приглянулась, да так сильно, что зубы заболели! Но… пойду, пожалуй, дальше. Чего тешить себя зря несбыточной мечтой. 

  − Сразу сдаёшься? Парень ты пригожий, только полноват чуток. Но ведь все герои не без недостатков. Слышал когда-нибудь об Илье Муромце? 

  − Еще бы! Его по всей Руси славят. 

  − И о друзьях его – Добрыне Никитиче и Алеше Поповиче? 

  − И о них тоже! Один заезжий ученый у нас в избе останавливался, многие мысли вбил в мою голову. И ещё книжку мне подарил, как раз о подвигах тех богатырей. Я по ней грамоте обучался. 

  − А я знала всех троих витязей. 

  − Да?! 

  − Всех троих, − повторила дочь волшебника. − Так вот и они не идеальны. Илья достаточно ленив, поспать любит: ложится рано, а встает к полудню. Добрыня – резок и вспыльчив, чуть что, готов руки распустить. А Алёша хитёр и лукав без меры.   

  − Вот как? – удивился Колобок. 

  − Идеальных героев придумывают плохие авторы, − усмехнулась Синеглазка. – Сюжет их творений, как правило, до безобразия нуден. И они пытаются хотя бы таким образом завлечь толпу.  

  − Мудрёно говоришь! Так у меня есть шанс завоевать твое сердце? 

  − Всё зависит от тебя. 

  − Что нужно сделать?! Какие подвиги совершить в твою честь? 

  − Ты куда путь держишь? 

  − Не знаю, − честно признался Колобок. – Захотелось мир посмотреть. Не всё же у бабкиного подола сидеть. Мне уже друзья говорят: «Ты какой-то не выездной».  

  − Вот это правильно, − согласилась Синеглазка. – Ступай, Ванюша, прямиком. Попадутся тебе по пути три царства: Волчье, Медвежье и Лисье. 

  − За что их так прозвали? − пробормотал Колобок. − Никак там одни звери живут?  

  − Нет, − ответила Синеглазка. – Там − обычные люди, внешне не отличимые от нас. Только живут они по звериным законам. В Волчьем царстве все действуют по принципам серых хищников: сбиваются в стаи, потом одни стаи истребляют другие. Горе ждёт неудачников, а того, кто сумел урвать как можно больше – почёт и слава. В том царстве властвует не закон, а преступные кланы. Их религия – деньги, а мораль: выживает сильнейший.  

  − Жуткое место, − почесал затылок Ваня. – А Медвежье царство? 

  − Оно устроено по-особому. Здесь те, кто объявили себя медведями, заходят в любой дом и забирают всё, что захотят. Никакой волк сюда уже не сунется, ему вмиг голову оторвут. Высшая власть называется единым медвежатником.  

  − А кто не входит в категорию «медведей»? – поинтересовался юноша. 

  − Тем приходится лапу сосать. 

  − То есть всё отдавать? Даже честно нажитое?.. 

  − Таковы медвежьи законы. И, наконец, Лисье царство. Многого о нём не скажу, сам всё узнаешь. Запомни одно: там везде обман, даже при видимом благополучии. 

  − Непонятно. 

  − Когда побываешь – может и поймешь… Теперь отвечай: люба я тебе? 

  − Ой, как люба, − вздохнул Иван. 

  − Хочешь жениться на мне? 

  − Ещё бы! 

  − Вот моё условие: пройди все три царства и останься прежним Колобком. Тогда так и быть: соблаговолю пойти с тобой под венец. 

  − Думаешь, не пройду? 

  − Не знаю, не знаю. Только… съедят тебя там.  

  − Никогда! 

  − Тогда вперёд, витязь. Ты обо всём предупреждён. Буду ждать тебя на выходе из последнего царства – Лисьего. И еще: ничего из волшебных вещей, что помогли бы тебе в пути, не дам. С ними и дурак выпутается. А ты самолично распутай любые головоломки. 

  Вновь рассмеялась Синеглазка. Глядь – а она опять превратилась в птицу.    Махнула на прощание крыльями и исчезла.  

  Что оставалось делать Колобку? Поднялся он на холм и зашагал в сторону Волчьего царства. 

 

Глава 2

\

  Постепенно открытые поля сменялись густеющими рощами. Рощи перешли в лес, где вековые деревья беззвучно взирали на путника. Тропки делались всё более узкими, зато крапива и сорняки поднимались выше колен.  

  «Туда ли я иду?» – подумал Колобок. Через некоторое время решил, что, наверное, туда. Что если за этим лесом и начинается Волчье царство? 

  Он не прошел и нескольких шагов, как раздался громкий свист, и перед Иваном вдруг возникли два подозрительных типа в костюмах из волчьих шкур. Колобок был не робкого десятка. Он решил, что коль понадобится, будет драться с ними до конца.  

  Один из подозрительных хмуро произнес: 

  − Добро пожаловать в Волчье царство. 

  Второй, хитро сощурив глаза, спросил: 

  − Чего несём? 

  И, догадавшись, что парень не понял, пояснил свою мысль: 

  − Что у тебя в котомке? 

  − Вот, - Колобок бросил её перед собой. – Пирожки, ватрушки бабушка мне испекла. Угощайтесь. 

  − И только, − недоверчиво спросил тип с хитрыми глазками.  

  Он раскрыл котомку, перерыл её, назидательно сказал: 

  − Пирожки – это не актуально.  

  − А что актуально? 

  − Золотишка бы… 

  − Да где же его взять? – пожал плечами Ваня. 

  − Может, белый порошочек?.. 

  − Белый порошочек? – непонимающе вымолвил Колобок. 

  − Иначе говоря – наркота. 

  Чем дальше в лес, тем больше дров. Колобок и слова такого повторить бы не мог.   Подозрительные типы окончательно погрустнели, первый спросил второго: 

  − Мы с этого лоха так ничего и не поимеем? 

  − А ты посмотри на его лук и колчан со стрелами.  

  − Хорошая вещица, − согласился первый. – Вот их-то мы и конфискуем! 

  − Что сделаете? – снова не въехал Колобок. 

  − Заберём на нужды общества. 

  − То есть хотите обобрать меня? 

  − Фу! Что за грубое слово. Мы не бандиты, а воины пахана… по-вашему государя.    Не нравится «воины пахана», называй нас таможенниками. Твоё оружие конфисковано во благо нашей волчьей демократии. 

  Колобок решил, что это обычные грабители. А непонятные слова произносят лишь для того, чтобы было проще грабить. Нет, подобного он не потерпит. 

Поднял Ваня свой увесистый кулак, да так залепил одному из разбойников в рожу, что тот врезался в ближайшее дерево. И уже приготовился вступить в схватку со вторым, как тот вдруг завизжал на весь лес: 

  − Ты чего это делаешь, морда бандитская! На власть руку поднимать? Вот и получишь по полной. Думаешь, в суде тебя отмажут? Ни хрена! Судья нескольких местных полян моя хорошая подружка. К ней от нас приходят такие бабки… 

  «И что? – окончательно недоумевал Колобок. – И ко мне на сеновал часто приходила бабка. То молочка принесет, то сметанки…» 

  − Так что, парень, не завидую твоей участи. 

  А дальше – более непонятная вещь приключилась. Невесть откуда выскочили еще двое в таких же волчьих шкурах. Только набросились они не на Ивана, а на обоих разбойников. 

  − Вы чего это кормитесь не на своей территории?! 

  − Как не на своей?! Чья же она, как не Гришки Одноглазого? 

  − Да вы что, тупые бараны! Гришка её в карты проиграл Рустаму с юга. Теперь он здесь банкует. 

  − Не гоните фуфло, отморозки конченные. Эти поляны по-прежнему Гришке принадлежат. 

  − Мы фуфло гоним?!.. 

  Тут такое началось! Разбойники накинулись друг на друга, а Колобок тем временем поскорее слинял. 

  И опять он брёл по зарослям неведомого царства, но уже осторожно, дабы избежать новых неприятных встреч. Права была Синеглазка! 

  Некоторое время местность казалась безлюдной, чему Колобок был рад. Но вот впереди послышались голоса. Потом они стали раздаваться и справа и слева. Не хотелось Ване встречаться с местными, одной встречи достаточно. Но и повернуть назад он не мог. Не пройдет Волчье царство – не видать ему Синеглазки. 

  Показался просвет между деревьями, шум от людского гула ещё более усилился. Колобок ступил на огромную поляну. 

  Нет, нет, он не увидел здесь новых разбойников. Вся она была заставлена торговыми рядами, за которыми бойкие продавцы усиленно навязывали свой товар. Иван неспеша тронулся между рядов. 

  Чего только тут не предлагалось: парное мясо, колбасы всех видов, сыры, молоко, сметана, всевозможные фрукты, рыба, какой Колобок отродясь не видывал.   Красномордый мужик весело прыгал возле бочонка с пивом, крича, что «такого не попробуешь даже у проклятых германцев». Далее шли винные ряды: пей, чего душа пожелает. Забывайся во хмелю и хвали волчью власть!  

  У Колобка слюнки потекли, как бы он всем этим полакомился! Да вспомнил, что платить нечем. Дали старики всего несколько медяков на дорогу. Судя по ценам, которые выкрикивались продавцами, ничего ему тут попробовать не придётся. Ходи и облизывайся.  

  Увлеченный разглядыванием товаров, Иван не заметил, как рядом с ним крутится рябой мальчишка лет двенадцати. Мальчишка вдруг спросил: 

  − Чего проходишь мимо? Нет денег? 

  − Нет, − горько вздохнул Иван. – Только пара медяков. 

  − Сейчас у многих такая же беда. Лавки ломятся, а купить не на что. Слушай, а ты продай лук и колчан со стрелами. 

  − С какой стати? 

  − На вырученные деньги хорошо покутишь. Может, меня угостишь. 

  − Колчан со стрелами не продаётся! – резко бросил Колобок. – А полакомиться есть чем. Вон сколько стряпанного. Давай, присоединяйся. 

  − Что у тебя там? – полюбопытствовал мальчишка. – Пироги, шаньги – это хорошо. Но посмотри вокруг!.. Да и выпить бы не мешало. 

  И, в подтверждение его слов, торгующий пивом красномордый мужик запел:    

    «Взяли мы по кружечке 

    Славного пивца. 

    Но потом подружечка, 

    Пьем мы без конца. 

    Вроде бы безделица: 

    Нам глоток - другой… 

    Но как же пиво пенится, 

    Райский вкус какой!» 

  − Слышишь, райский вкус, − не унимался мальчишка. 

  «В самом деле, почему бы не попробовать и пива и хорошего вина? – подумал Колобок. – У нас в доме ничего этого не было, поскольку дед возглавлял движение за всеобщую трезвость. 

  Но моё оружие?.. А зачем оно мне? Стрелять всё равно ни в кого не собираюсь. А от нехороших людей отобьюсь кулаками». 

  − Ладно, − сказал он рябому мальчишке. – Продадим лук и колчан со стрелами и… погуляем. Эй! Кому мое оружие… 

  Мальчишка его тут же остановил: 

  − С ума сошел?! 

  − А что? 

  − Официально оружие продавать запрещено. Загремишь в тюрьму годков на пять. Давай сюда лук и колчан. Я их сам толкну нужным людям. Вон видишь чернявый у лошадей разгуливает. Ему и продам. 

  − Пойдём вместе! 

  − Хорошо! Раз не доверяешь, пойдём вместе! Я только его предупрежу сперва. 

  Мальчишка побежал к тому месту, где торговали лошадьми, похлопал одну по загривку, перекинулся парой фраз с чернявым продавцом и вернулся к Колобку. 

  − Он даст хорошую цену, но сделка состоится не здесь. 

  − Куда мне идти? 

  − Никуда идти не надо. Он не станет с тобой вести дел. 

  − Почему? 

  − Вдруг ты стукач? 

  − Кто? – не понял Иван. 

  − Человек, который связан с карательными органами – воеводой и прочими. 

  − Нет! 

  − Но он этого не знает… Ну что, будем продавать? 

  − Раз решили… 

  − Тогда давай колчан и лук и жди на этом самом месте. 

  − А коли сбежишь? 

  − Куда же я сбегу? Да и чернявый всё время перед твоими глазами.  

  − Так ведь он же моё оружие покупает… 

  − Не он, а его товарищ. К этому товарищу он меня уже направил. Жди, а потом погуляем по полной! 

  − Долго ждать? 

  − Я − туда и обратно. На всё минут двадцать станет. 

  − Ладно, − ещё немного поразмыслив, согласился Иван. – Так мне прямо здесь и стоять? 

  − Прямо здесь и стой. 

  Колобок отдал пареньку лук и колчан со стрелами и продолжал прохаживаться мимо лотков. Мысленно он уже представлял себе весёлый пир. 

  Однако время шло, а рябой мальчишка не появлялся. Сначала Иван был спокоен (мало ли почему парень задержался), потом заволновался, в душу закралось подозрение. 

  Чернявый по-прежнему прогуливался возле своих коней. Колобок подскочил к нему и спросил: 

  − А где этот… рябой мальчишка? Имя его я не спросил? 

  − Что за рябой мальчишка? 

  − Он с вами недавно говорил. 

  − Вроде подходил такой… брякнул глупость насчет моих лошадей. И что? 

  − Как что?! А мои лук и колчан со стрелами? 

  − Что-то не пойму тебя, парень. 

  − Ах, не поймёшь! – заорал Колобок, догадавшись, что его обокрали. 

  − Ступай-ка отсюда с миром, − сказал чернявый. 

  Тут уже Ваня не выдержал, залепил ему по уху, отправив «отдыхать» у соседних лотков. Несколько мужиков набросились на Колобка, но он вмиг раскидал их всех.   Бил наотмашь и продолжал требовать: 

  − Верните лук и колчан, не то всё у вас тут разнесу! 

  Однако его ударили сзади по голове. Ударили так, что Ваня потерял сознание. 

 


Глава 3

 

  Очнувшись, он обнаружил, что находится в полной темноте, пространство вокруг маленькое и столь холодное, что невольно застучали зубы. Колобок приподнялся и чуть не ударился о потолок. Несложно догадаться: его посадили в погреба. Все события воссоздались до мельчайших деталей. Ясно, что его привезли сюда уже бесчувственного.  

  Наверху открылось маленькое окошко. Неведомая рука протянула ему тарелку и кусок хлеба. Прозвучало краткое и хлесткое: 

  − Жри! 

  − Послушайте, − умоляюще воскликнул Иван. – Я ведь ни в чём не виноват.   Меня обокрали… 

  − Жри! – повторил голос, и дверца захлопнулась. 

  −  Скажите хотя бы, сколько мне здесь сидеть? 

  Раздался смех, сквозь который Колобок все-таки сумел расслышать: 

  − Годков десять. 

  Ивана охватил ужас. Что ж, Волчье царство – волчьи законы!  

  По счастью через некоторое время верх погреба поднялся, Колобку приказали выйти. Сразу три одетые в волчьи шкуры верзилы связали ему руки и куда-то повели.  

  Просторная комната, стол, за которым восседал плюгавенький мужичонка. Он, не без доли ехидства, посмотрел на пленника. 

  − Попался, парень. Теперь судить тебя будем.  

Иван быстро рассказал обо всём, что произошло. Мужичонка лишь покачал головой: 

  − Это ты говоришь, а свидетели утверждают обратное. Мол, ни с того ни с сего набросился на людей, отделал их так, что к лекарю пришлось обращаться. Насчет рябого мальчишки… никто его не видел, знать не знает.  

  − Что мне делать? – горько вздохнул Колобок. – Говорили, что десять лет должен в этом проклятом погребе сидеть. 

  − Ишь, размечтался! – хохотнул мужичонка. – Десять лет на казенных харчах.   Нет, милок, отправишься на лесоповал. Поработаешь во славу нашего Волчьего царства. 

  Внезапно взгляд его стал испытующим. После небольшой паузы он заявил: 

  − Есть один вариант. 

  − Какой? – живо откликнулся Колобок. 

  − Воевать пойдёшь? 

  − Это совсем не для меня, − разочарованно протянул пленник. – Я человек мирный… 

  Мужичонка перебил: 

  − Цену себе набиваешь? Зря! У тебя выхода другого нет. Тюрьмы у нас специфические: можешь вообще домой не вернуться. 

  − Вы не поняли меня… 

  − Прекрасно понял. Теперь послушай. Тебе наверняка уже наболтали, будто Волчье царство ведет войну со Змеем-Горынычем. Это не так. Горыныч теперь у нас лучший друг. Он с нашим Главным Вожаком за одним столом не раз сиживал. Вожак к нему ездил, учился принципам построения свободного общества. Так что о большой войне забудь. Но вот внутри у нас неполадки. Подсобить нашим славным стрельцам требуется. А силы у тебя хоть отбавляй.  

  Мужичонка сделал знак, чтобы Колобку развязали руки, предложил ему сесть за стол, приказал принести чай и всем выйти. После продолжил: 

   − Врубайся во всё сказанное. У нас действительно есть Главный Вожак. Он вроде бы как наш царь. Но на самом деле власть у других. Поделено царство на семь основных частей, в каждом регионе заправляет свой вожак. Он там всему голова. Его территория в свою очередь поделена на более мелкие сектора, в каждом орудуют еще более маленькие вожаки. 

  − А Главный чего же? – поинтересовался Иван. – Мирится с этим? 

  − А чего ему не мириться? Он имеет хорошую мзду со всех семи вожаков, якобы его вассалов. И золотишка ему подбрасывают, и бабёнок хороших приводят. До вина он охотник! Так ему бочонками его привозят. Эх-эх, − вдруг грустно произнес мужичонка. 

  − Что такое? – не понял Колобок. 

  − Главное, чтобы не помер от пьянства. А то нарушит идиллию нашего государства. Но продолжим! Ты оказался в регионе вожака которого зовут Красный Бес. 

  − Странное имя.  

  − Какие у вожаков имена, Ваня! Это его кликуха, он любит одеваться во всё красное. А имя своё он уж, наверное, и не помнит… Теперь главное: пойдешь к нему в банду… прости, в дружину? 

  Колобок задумался, потом спросил: 

  − Что я буду делать? 

  − Служить Красному Бесу верой и правдой. Любой его приказ исполнять беспрекословно. Скажет прибить кого – прибьёшь. Потребуется у кого-то что-то отнять – отнимешь. Заставит жизнь за него отдать – отдашь.  

  Но за это не будет у тебя больше никаких проблем. Деньги греби пригоршнями, любую девку тащи к себе и твори с ней, чего душа пожелает. Ни о чём мирском больше не заботься. 

  Иван слушал его и думал: как ему поступить? Пока следует потянуть время. 

  − Предложение интересное. Подумать надо. 

  − Некогда думать, − возразил мужичонка. – У нас война начинается. 

  − Так вы же говорили, что Змей-Горыныч… 

  − Причем тут Змей-Горыныч! Делёжка территории между вожаками! Это гораздо важнее любой внешней войны.  

  Уже попавший раз в переплет из-за собственной глупости Колобок продолжал отчаянно размышлять над сложившейся ситуацией. Ни в какой отряд Красного Беса вступать он не собирался, но открыто заявить об этом сейчас означало бы погубить себя; его сгноят в неволе. Что ж, сначала перехитрили его, теперь он обязан переиграть врагов. 

  − Говорите, что деньги пригоршнями грести стану? 

  − Конечно, − сразу заулыбался мужичонка. 

  − А не обманут? 

  − Кто?! 

  − Тот же самый Красный Бес? 

  − Получишь аванс – и тот час поймёшь, что никто здесь шутить не собирается. 

  − Если так… − Ваня покрутил головой. – Всё одно: помозговать бы чуток… 

  Кажется, хитрость Колобка сработала. Согласись он сразу, мужичонка бы насторожился. А тут парень раздумывает… 

  − И оружия у меня нет. Украли. 

  − Вот оно, твое оружие. 

  И в тот же миг лук и колчан со стрелами оказались перед глазами Ивана. Он изумленно протер глаза: 

  − Нашли?! 

  − Дело нехитрое.  

  − Вора бы повидать. Я бы ему в лицо посмотрел. 

  − Его, Ваня, уже нет в Волчьем царстве. 

  − И где он? 

  − Наказали по всей строгости закона. Отправили к Змею-Горынычу. Там он в рабстве годков пять поработает. 

  − Зачем так? – вспыхнул Колобок. – Малец ведь… 

  − Доброе у тебя сердце. А на такой работе придётся стать злым. Не бойся, пошутил я.  

  Однако больше ничего о судьбе мальчишки мужичонка уточнять не стал.    Колобок продолжал с умилением рассматривать свое оружие. 

  − Стреляешь хорошо? 

  − Покажите мне любого зверя или птицу, я в неё – без промаха. 

  − Верю! – вскричал мужичонка. – Вот такой человек нам и нужен!  

  Он вытащил большой лист и приказал: 

  − Поставь здесь крестик. 

  − Почему крестик? 

  − Ты ведь наверняка неграмотный. А бумага эта о том, что добровольно поступаешь на службу к Красному Бесу. Я прочту тебе её содержание. 

  − Зачем? Я грамоте обучен. 

  Мужичонка почему-то сразу нахмурил брови. 

  − Что здесь плохого? 

  − Грамотеи обычно шибко умные. А я умных опасаюсь.  

  Колобок взял бумагу и углубился в чтение. Это был документ о зачислении его на службу в гвардию Красного Беса. Иван обязан был связать с ним судьбу до конца своей жизни, пока сам хозяин не решит разорвать договор.  

  «Почему бы не подписать? – подумал Иван. – Раз служить у него всё равно не собираюсь, то при первой возможности сбегу». 

  Он взял перо, глаза побежали по столу в поисках чернил. Однако мужичонка резко заявил: 

  − Нет, милок, кровью. Так надёжнее. 

  Это меняло дело. Но даже сейчас Иван размышлял о возможных вариантах.   Чернила или кровь – какая разница? 

  Что случится если он откажется? Тот час прибежит стража и его опять бросят в тюрьму. Только теперь ему уже не выпутаться. Если подпишет, его наверняка сразу выпустят…  

  − Выйдешь без промедления! – усмехнулся мужичонка. – Пойдёшь к тем лоткам. Даже денег не потребуется, гвардию Красного Беса кормят и поят задаром. 

  Колобок представил себя идущим мимо лотков. Кто протягивает ему здоровенный кусок сала, кто рыбину, кто палку колбасы. Красномордый мужик наливает огроменную кружку пива, да еще подмигивает: 

  − Только начало. А потом − что покрепче…   

  Но тут перед ним возникла друга картина: красавица Синеглазка, в глазах которой напоминание: «Вот моё условие: пройди все три царства и останься прежним Колобком».  

  Прежним он может не остаться. Кто знает, с кем он подписывает эту страшную бумагу? Одно имя чего стоит – Красный Бес! 

  Этот бес словно возник перед Колобком, хотя Иван его никогда не видел. Он вроде бы похож на человека, но одновременно было в нём нечто звериное.   Жёлтые глаза радостно сверкали, неестественно загнутый нос будто принюхивался к новой жертве, пытаясь учуять в ней столь желанный порок. 

  Некая сила точно отводила Ивана от кровавой подписи. Колобок вдруг вспомнил своих молящихся перед иконой стариков. Ему показалось, что они просят Высшие Силы образумить беспутного внука. И он сделал то, чему раньше так мало придавал значения: мысленно упав перед Образами, попросил Господа вразумить его. 

  И тогда понял, что никогда не пойдёт на дьявольскую сделку.  

  Но надо выйти из безвыходной ситуации! 

  И времени на размышления не оставалось. Дальнейшие колебания могли вызвать серьёзное недовольство его врагов. 

 

Глава 4

 

  Мужичонка за столом на секунду отвлёкся, а когда снова посмотрел на пленника, то… невольно содрогнулся. Колобок стоял с натянутой тетивой и целился ему в правый глаз. 

  − Ты чего? – испуганно пробормотал мужичонка. 

  − Выйти мне отсюда надо. И ты поможешь. Не то… сам понимаешь… 

  − Ваня, так ведь никто тебя не выпустит. Даже я не помогу. Увидят, что ты взял меня в плен, прикончат обоих. Не забывай: тут волчьи законы. Так что уладим по-хорошему это маленькое недоразумение. 

  − Нет, не уладим, − заявил Колобок. – Я всё-таки попробую с твоей помощью выйти. 

  Первый испуг у мужичонка прошёл. Он вдруг сделался на удивление спокойным и сказал: 

  − Терять мне нечего: или ты или они… Так что давай, Ваня, стреляй! 

  − Считаю до трёх, − Колобок старался казаться крайне решительным, однако опытный мужичонка догадался, что парень не сможет выстрелить. Он так и сказал: 

  − Не сможешь. 

  − Это ещё почему? 

  − Для того, чтобы убивать, нужно пройти соответствующую школу. А пройти ты её сможешь только у нас. Это ведь не в морду человеку дать.  

  − Выхода у меня нет, − тихо промолвил Колобок. – А в такой ситуации человек способен на многое. Так что… два! 

  − Давай, давай, парень, − подзуживал его мужичонка. – Стреляй и попрощайся с жизнью, ибо тут же погибнешь сам. 

  Как тяжело было Ивану произнести «три», но он это сказал. А дальше?.. 

  − А дальше? – озвучил его мысль мужичонка. – Игра в героев закончилась? 

  И в это время стрела пробила ему только не глаз, а сердце! 

  …Колобок с ужасом глядел на содеянное. Как он смог?!! И тут понял, что не стрелял. Этот был кто-то другой. За спиной раздался ехидный голос: 

  − Извини, браток, что опередил. Но что-то ты слишком медлил. 

  Колобок увидел крепкого коренастого парня, улыбавшегося беззубым ртом. Он подошёл к мертвецу, обшарил его карманы, прибрал какие-то деньги. Потом его взгляд остановился на контракте Ивана. 

  − Тоже заставляли вступить в ряды Красного Беса, а ты не хотел? Ну, и молодец.     Этого Беса больше нет. 

  − А где он? – прошептал Иван. 

  − Скинули! Теперь его территория принадлежит нашему хозяину Чёрному Шаху.    Хочешь в наши ряды? 

  − Я подумаю. 

  − Только недолго. В случае если решишь, я тебе составлю протекцию. Меня зовут Свиное Рыло. Теперь, извини, пора. А то дружки всё без меня унесут. 

  Он исчез, вслед за ним вышел Иван, задача которого была поскорее пройти эти жуткие лихие земли. 

  Сначала он естественно опасался за свою жизнь. Кто знает, вдруг за это время уже скинули Чёрного Шаха и вновь пришел Красный Бес? Или сам Чёрный Шах захочет видеть его в своих рядах… Но пока он шел спокойно. Никто на него не обращал внимания. 

  Как же всё-таки выйти отсюда? Иван спросил об этом у одного из прохожих, но тот лишь махнул рукой: 

  − Разве отсюда выйдешь? 

  И больше ничего. Тогда Колобок подошёл к какому-то парнишке. Тот с удивлением взглянул на него: 

  − А зачем отсюда выходить? Эх, мне бы чуток подрасти и… всё наше царство в кармане. 

  И только с десятой попытке Ивану повезло. Седая сгорбленная старушка подробно описала ему как идти. И добавила: 

  − Но знай, что за нашим царством начинается Медвежье. Что лучше?.. Сказать не могу. 

  Колобок поблагодарил и двинулся в указанном направлении. По пути он видел одни и те же картины: уныло бродящих по полянам людей, собирающих кто ягоды, кто грибы, просящих подаяния нищих, чьи голоса то и дело прерывал хохот одетых в волчью форму молодцов. Ивану казалось, что хохот этот перерастает… в протяжный торжествующий вой, который вскоре становится обречённым. Волки чувствуют свой близкий конец. 

  Рощи и поляны сменяли друг друга. Потом лес вновь начал густеть. Редкие прохожие подтвердили Колобку, что он движется к границам царства. Вскоре ему уже пришлось продираться через густые заросли, где острые колючки впивались в тело, а сучья деревьев больно хлестали по лицу.  

  Вот она – табличка с надписью: «Волчье царство». И чуть помельче: «Добро пожаловать в самую свободную страну мира!». Еще шаг, и Колобок навсегда убежит от этой свободы. Но вдруг раздался грозный окрик: 

  − Стой! 

  Несколько человек подошли к нему, просвечивая острыми взглядами. Один, по-видимому, главный спросил: 

  − Кто таков? 

  − Путешественник, − ответил Колобок. – Побывал у вас, теперь вот хочу к медведям. 

  − Это хорошо. А заплатить?.. Не обижайся, приятель, но жизнь ныне слишком дорогая. У меня жена, дети. Сына хочу отправить учиться заграницу.  

  Второй гвардеец с усмешкой посмотрел на шефа: мол «что за пургу ты несешь насчет жены и сына?» Но тот, не смущаясь, продолжил допрос: 

  − Так что у нас есть? 

  − Несколько мелких монет… Вот тебе раз! Даже их уже нет. 

  − А зачем приходил к нам без денег? Нищие здесь не нужны. 

  Больше всего Колобок опасался, что у него снова начнут отнимать оружие. Но тут ещё один из гвардейцев сказал главному: 

  − Отпусти ты его. Видишь, голь перекатная. 

  − И в самом деле. Ладно, парень, ступай! 

  Не веря собственным ушам, Иван быстро пошёл вперед. Вскоре показалась ещё одна табличка, указывающая, что это уже территория Медвежьего царства. 

 

Глава 5-я

 

  Лес здесь выглядел более массивным, грозным. Огромные дубы словно символизировали величие этого края. Чем дальше Колобок шёл, тем всё более у него возникало странное ощущение, что каждый изогнувшийся куст, каждая тянущаяся вверх травинка одержимы собственной значимостью. Через некоторое время появились плакаты, с которых ласково взирал добродушный медведь. И почти под каждым − подпись: «Все мы − единый медвежатник!». 

  Вскоре появились местные жители, одеты они были разнообразно, но у каждого присутствовал какой-либо элемент медвежьей шкуры. До Ивана никому не было дела, однако он странным образом ощущал на себе чей-то пристальный взгляд.   Или ему это только казалось? 

  Однако в целом обстановка выглядела благопристойной. И, как подтверждение этому, − новый плакат, где бурый медведь улыбался и отдавал честь, а под рисунком подпись: «Мы несем вам стабильность!».  

  Однако расслабляться Колобку было нельзя, вновь грозным предупреждением зазвучали слова Синеглазки о двуличие Медвежьего царства. 

  После долгого блуждания у Ивана пробудился зверский аппетит. Бабушкиной стряпни нет, конфисковали волки, и не осталось медяка на краюху хлеба… 

  Решил Колобок подстрелить дичь, но это – чуть позже. Сначала просто заморить червячка тем, что под рукой. По счастью повсюду полно лесных ягод. Он собрал пригоршню, еле успел сунуть их в рот, как к нему подошел какой-то человек. 

  − Парень, ты видать не местный? – спросил он. 

  − Не местный, - ответил Иван. 

  − Не из страны Грёз? 

  − Откуда?! 

  − Понятно, не оттуда, раз даже не слышал про неё. И наших законов не знаешь. У нас нельзя собирать в лесу грибы и ягоды, только валежник. И рыбу не разрешают удить. 

  − Кто не разрешает? – поразился Колобок. 

  − Наша любимая медвежья власть. То есть ты, конечно, все это делать можешь, но сначала приобрети лицензию. 

  − Не понятное мне слово, − промолвил Колобок. 

  − Думаю, иностранное, но у нас оно теперь самое популярное. Короче, заплати за то, что грибочки собираешь. 

  − Там, откуда я родом, никому и в голову бы не пришло взимать с человека дань за то, что берёт подарки матушки-природы.  

  − У нас готовят новые налоги: за купание в речке, за хождение по траве. И уж, конечно, за то, что ты на своём огороде растишь урожай. 

  − А кому какое дело, что я выращиваю у себя на огороде? 

  − Пойдём, парень, подобру-поздорову. Вдруг кто увидал, что ты ягоды съел и не заплатил… Тебя как звать? 

  − Иваном. 

  − А меня Фёдором. Будем знакомы!  

  Они отошли на некоторое расстояние, и Фёдор облегченно вздохнул: 

  − Кажется, пронесло. Не засекли тебя. 

  − Уж слишком вы здесь пугливые, − осторожно заметил Колобок. 

  − Будешь тут пугливым, − проворчал Фёдор. – Скоро придётся платить только за то, что ты посмел родиться. 

  − А я, признаюсь честно, хотел птицу подстрелить… 

  − За это бы точно отправили куда-нибудь в каменоломню. Или послом далеко-далеко на юг, к туземцам в тигриных шкурах.  

  − Кто такие? 

  − Лучшие друзья Медвежьего царства. Но наших послов почему-то постоянно съедают. 

  − Жёсткие у вас законы. 

  − Жёсткие к тому, кто платит. А к тем, кто их сочиняет, – как мягкая перина.  

  Ноги у Колобка так устали, что отказывались повиноваться. Он присел возле ветвистого дуба и жалобно простонал: 

  − Как же есть хочется. Может, всё же подскажешь безопасное место, где я мог бы подстрелить жирную уточку?  

  − Подскажу, − подумав, ответил Фёдор. – Чуток отдохни и пойдём со мной. А пока мы здесь, подкрепись. 

  Он вытащил краюху хлеба и разломил её на две равные части. Колобок с наслаждением ел и слушал непрекращающиеся излияния Фёдора, который вдруг поменял тональность разговора: 

  − Ты, Ваня, не подумай, что мы живем хреново. Наоборот – хорошо. Это раньше проклятое воронье клевало медведя. А потом пришел великий Медведпупс, который поднял наше царство с колен. 

  − Вы стояли на коленях? – окончательно запутался Иван. – А зачем? 

  − Какой непонятливый! Это образно. Просто о нас вытирали ноги, не считались ни с какими нашими интересами. Особливо главный враг – страна Грёз. Теперь мы можем просто плевать на неё… Что за кислое выражение лица? 

  − Меня с детства приучали, что плеваться нехорошо. 

  − Поверь, на неё плюнуть не зазорно. Я в ней не бывал, но знаю, что это самое зловещее место на земле. Оно с нами борется своими колдовскими чарами, которых и ты опасайся, если пробудешь здесь еще некоторое время. 

  − Что за колдовские чары? – Колобок чуть не поперхнулся. 

  − Видения! Особенно часто они приходят к человеку во сне. В этих видениях у него огромный дом, красивая жена, а иногда и куча любовниц, много счастливых сытых детишек. Ему кажется, что вокруг его особняка райские кущи. Он не только гуляет там, но может пообщаться с восточными джинами или даже полетать на ступе с Бабой-Ягой. 

  − Не вижу ничего плохого в том, чтобы полетать на ступе с Бабой-Ягой.  

  − В том-то и главная беда! Проникая в наше сознание через сны, агенты страны Грёз ехидно нашептывают: «Присоединяйтесь к нам и вы окунётесь в водоворот настоящей жизни. Избавитесь от нищеты, налогов и власти Медведпупса!». 

  Фёдор вдруг вздохнул и мечтательно произнес: 

  − Неужели настанет день, когда и впрямь его больше не увидим? 

  Но тут же, спохватившись, закричал: 

  − Вот какие ужасные видения насылают наши враги. 

  − А цель?  

  − Ограбить нас! Подорвать наше могущество! Ослабить веру людей в гениальность великого Медведпупса.  

  − Так у вас ещё есть что грабить? 

  − Из вещей, утвари – уже практически ничего. Но есть гордость за свою значимость. Медведь сказал, все заткнулись!           

  «Если медведь что-то и ляпнул, то почему остальные должны ходить немыми?» − подумал Колобок, впрочем, уточнять, тем более спорить с Фёдором он не стал, его единственный знакомый здесь не должен превратиться в недоброжелателя. 

  − Пойдем, поохотишься на уток, − предложил Фёдор. 

  Они побрели узкими тропками и через некоторое время оказались у безлюдной заводи. Слышались крики птиц. Иван прицелился и уложил нескольких. Затем они направились в дом Фёдора. Его жена, увидев добычу, только ахнула: 

  − А если бы поймали? 

  − Так ведь пронесло же, Настенька. 

  − Неужели ваши верховные медведи никогда не нарушают закон? − заявил в своё оправдание Колобок. 

  Настя в ответ лишь горько засмеялась. 

  К хорошей закуске прибавилась порция доброй медведухи. Измученного за день Ивана потянуло в сон. Попросив хозяев ни о чём не беспокоиться, он отправился на сеновал. 

  Ночное небо было разрисовано удивительными узорами из маленьких сверкающих точек. Чем дольше Иван глядел на них, тем меньше казалось в этих узорах бессмысленности. Перед ним складывались реальные картины: огромные змеи, диковинные животные. Не страна ли Грёз направляет сюда всех этих существ? 

  Впрочем, долго наблюдать за ними он не смог, веки молодца сомкнулись, раздался боевой храп. 

 

Глава 6

 

  Он по-прежнему спал или что-то заставило его проснуться в ночи?  Ему вдруг показалось, будто стог сена… колышется. Да он стал расти?!..  И так стремительно, что уже достиг неба. «Что такое?!» − испугался Колобок. И тут он увидел колесницу с впряженными в нее тремя златогривыми конями. Колесница стремительно приближалась к Ивану, однако шарахаться от нее не было причин, ведь управляла ей… Синеглазка. 

  − Прыгай ко мне! – весело закричала она. 

  Он медлить не стал. Но спросил: куда они помчатся? 

  В ответ услышал: 

  − В страну Грёз. 

  Сверкающие диковинные животные расступились, пропуская их в неизвестный мир. Теперь колесница стремительно помчалась вниз. Вот уже макушки деревьев, а они с Синеглазкой продолжают опускаться дальше и дальше, словно падают в бездну. Копыта коней выбивали золотистые искры, их стало так много, что возникла стена огня. Пламя вокруг и под ними! Оставалось лишь с содроганием наблюдать, как Синеглазка направила коней в самый центр этого огненного потока. И что удивительно: кони не испугались?!.. 

  И тут Иван понял: это не пожар. Это – город, расцвеченный массой факелов. Повсюду мелькали всё те же дивные животные, только они ходили на двух ногах. Так это же обычные люди, просто нацепили на себя маски. 

  Синеглазка спрыгнула с колесницы, приказав тоже самое сделать Ивану. Она куда-то повела его и, чем больше он осматривался, тем сильнее разевал рот.  

  По узким кривым улочкам мимо мрачноватых серых зданий неслась спрятавшаяся под масками толпа. Все спешили на площадь, где били разноцветные фонтаны. Хохот и крики оглушали, в воздух взлетали бумажные змеи, но они казались маленькими ничтожествами перед вырывающимися с грохотом огненными хлопьями («Это салют», ─ объяснила спутнику Синеглазка).  

  Иван ничего не понимал, но покорно следовал за возлюбленной. Хороводы зверей продолжали наступать. То сильные мужские руки, то ласковые женские пытались их разлучить, куда-то утянуть Ивана. Но каждый раз он отбивался. Он здесь на этом удивительном празднике только ради Синеглазки.  

  Они свернули в подворотню, сделалось много тише. Синеглазка, посмотрев на Ивана, вдруг засмеялась: 

  − Ты никогда не был на карнавале? 

  − Нет, − признался Колобок. – У нас в деревне случалась гульба, веселье. Девушки пели. Но такого… 

  − Понятно, − сказала Синеглазка, останавливаясь перед воротами некоего таинственного дома. – Нам сюда. 

  Темными коридорами они проскользнули в маленькую комнатку. Здесь девушка вплотную приблизилась к Ивану, положила ему на плечи свои нежные руки, промолвила томно и торжественно: 

  − Я твоя! 

  У Колобка закружилась голова. Ещё не поцеловав возлюбленную, он ощутил сахарный вкус её губ. Каждая частичка его тела задрожала. Прикажи она ему умереть – умер бы без раздумий. Насколько же велика власть женщины над мужчиной! 

  Однако в его душу закралось сомнение: девица типа Синеглазки не должна так себя вести. При первой их встрече он хорошо запомнил её глаза: в них были игривость, заносчивость, но также и целомудрие. А сейчас?.. 

  Сейчас они горели похотью. 

  − Синеглазка, это действительно ты? – крикнул он. 

  Девица лишь рассмеялась в ответ. А затем за стеной раздались голоса… Очевидно весь зверинец города явился сюда чтобы «полюбоваться» весёлым представлением. 

  Голоса быстро перешли в крики. 

 

Глава 7

 

  Колобок очнулся и понял, что по-прежнему находится на сеновале. Выходит, не было ни колесницы, ни карнавала? Но крики не прекращались. Кричали в доме Фёдора. Иван прислушался: Фёдору угрожают… а вот и Настя повысила голос.  

  Колобок никогда не участвовал в чужих разборках, однако в данном случае догадался, что его новому товарищу нужна помощь. Поэтому, не раздумывая, бросился в дом. 

  Трое мужчин в военной форме с наброшенными на плечи медвежьими шкурами стояли супротив хозяев и что-то им выговаривали. Фёдор оправдывался. 

  − Что здесь происходит? – спросил Иван. 

  − А это ещё кто? – поинтересовался один из военных. 

  − Товарищ мой, − пояснил Федор. – Ему негде было переночевать, вот и остался у меня на сеновале. 

  − Ага, − многозначительно произнес всё тот же военный. – Значится гость… И сколько ты получил с него за «ночлег»? 

  − Нисколько!  

  − Рассказывай сказки, сам сочинитель… 

  − Нисколько! – подтвердил Иван. 

  − Все ясно, − подытожил военный. – За то, что пустил постояльца, брал с него деньги и не заплатил налог в сумме… подсчитайте-ка по полной, − обратился он к остальным. – Но это не всё. За попытку обмануть представителей медвежьей структуры – штраф. За преступный сговор с гостем – ещё один штраф, но в тройном размере. Так что придётся раскошелиться. 

  − Мы каждый день платим вам налоги, − вновь повысила голос Настя. – Весь наш заработок уходит на них. И даже его не хватает. Совесть у вас есть? 

  − Совесть? – встрепенулся военный. – За оскорбление представителей властных структур штраф увеличивается ещё в три раза. 

  − Какое безобразие! – вступил второй военный, готовый от возмущения задохнуться. −  В тот момент, когда против Медвежьего царства объединился весь мир, внутренние враги еще более усугубляют ситуацию. 

  − Мы просто хотим жить, ё обреченно сказала Настя. 

  − Все хотят, − облизнулся третий военный с лоснящимся от жира лицом. 

  Молчавший всё это время Колобок не выдержал: 

  − Я прибыл в ваше царство издалека… 

  − Иностранец? – тут же перебил первый военный. − Случаем не из страны Грёз. 

  − Не бойтесь, нет. 

  −  А я и не боюсь… 

  И тут же со льстивой улыбкой добавил: 

  − Если все-таки оттуда, мы могли бы сговориться. 

  − О чём? – не понял Иван. 

  − Ну… короче деньжата бы в ваши банки положил. И вам хорошо, и мне. 

  − Совсем нюх потерял?! – вмешался второй военный.- От него же за версту несёт деревенщиной. 

  − Это ты его потерял. Крутые ребята никогда себя не раскрывают. Так откуда ты, парень? 

  − Из деревни Вольная, что на Руси Великой.  

  − Вольная… Нет, слышал. Но название неплохое. У вас там случаем нет свободной экономической зоны? 

  − Чего нет, того нет. 

  − Тогда ты неинтересен. Иди своей дорогой, не мозоль глаза. Но сначала, разумеется, штраф заплати.  

  − За что? 

  − Как за что? За преступный сговор с хозяевами. Да, ещё налог с той суммы, что заплатил хозяевам за ночлег. 

  −  Никому я ничего не платил, − повторил Колобок. – И вам не собираюсь. 

  − Отказываешься исполнять предписание великого Медведпупса? Тогда пройдём с нами. 

  − Хоть парня оставьте! – взмолилась Настя. – Он ведь не знает наших законов.  

  − Не о нём ты думай, а о детях своих, которым придётся расплачиваться за долги родителей. 

  − Нет! – в ужасе прошептала Настя. 

  − Ещё как придётся! – ухмыльнулся первый военный. − Впрочем, девка ты ладная. Станешь себя хорошо вести… ну, ты понимаешь... может и скостим сумму долга… 

  Это было выше сил Фёдора. Он бросился на «стража закона». Тот взвизгнул: «Сопротивление властям?» и втроём они начали скручивать смутьяну руки. Иван не удержался, вновь вмешался в драку. Он схватил двоих военных за шиворот и так сшиб их лбами, что от вылетевших из глаз искр едва не загорелась изба.   Третий потянулся было к оружию, но Иван опередил, заехал в ухо кулаком и тот, словно подхваченный ураганом, вылетел из избы.  

  − Уходим! – скомандовал Фёдор и вместе с женой и гостем они бросились в сторону леса. 

  Некоторое время шли молча. Но вот остановились передохнуть и Фёдор сказал: 

  − Не стал я тебе вчера, Ваня, многое говорить, поскольку не знал, что ты из себя представляешь. Теперь, когда проверил тебя в деле, хочу предложить вступить в наш отряд. 

  − Что за отряд? 

  − Есть у нас в Медвежьем царстве люди, которым надоела такая жизнь. В лесных чащах мы формируем нашу армию. Там же спрятали детей. Идём, Ваня, к нам. Такой, как ты, мог бы стать нашим лидером. 

  − Нет, − после некоторых раздумий ответил Колобок. – Вам не нужен лидер со стороны. А мне надо поскорее пройти Медвежье царство. Такова моя цель и ждёт меня за это лучшая награда на свете.   

  − Уговоры бесполезны? 

  − Бесполезны! Покажи лучше самый короткий путь отсюда. 

  − Короткий, не значит безопасный. 

  − Я опасностей не боюсь. 

  − Хорошо, слушай внимательно и запоминай. Видишь вон ту тропинку?.. Ступай по ней прямо, не сворачивая. Примерно через час появятся большие участки горелого леса. И их пройди. После иди не прямо, нарвешься на засаду, а сразу поверни направо. Придётся еще потопать, но через некоторое время увидишь Мертвое поле. 

  − Странное название. 

  − Слишком много воинов там полегло в сражениях с недругами нашей земли. Скелеты героев остались лежать прямо на поверхности. Никто не смеет туда ногой ступить. Говорят, если человек с чёрными мыслями на него зайдет, мертвецы тут же утянут его за собой. 

  − А ничего другого не посоветуешь?  

  − Боишься? 

  − Вдруг какая чёрная мыслишка в моей голове затерялась? 

  −  Во всех других местах хитрые «медвежьи» ловушки. Тебя теперь повсюду искать будут. 

  − Ладно, рискну пройти Мертвое поле. Кстати, как узнаю, что это оно? 

  − Не узнаешь, так почувствуешь. Поторопись. За тобой уже наверняка погоня. 

  Колобок сердечно распрощался с Фёдором и его женой, после чего отправился в указанном направлении. 

  Горелый лес он миновал без приключений. Помня наставления Федора, сразу повернул направо. Миновав приличное расстояние, увидел огромное голое пространство, где росли только мхи и лишайник. Он сразу понял: это и есть Мертвое поле. 

  Оно казалось таким мрачным, зловещим, что Колобок невольно заколебался. Но вдали послышались топот копыт и крики. Не оставалось никаких сомнений: там его преследователи. Деваться некуда, Иван решился, перекрестился, прочитал молитву и ступил на это поле. 

  Земля вокруг была черной и каменистой. Вокруг по-прежнему – ни единого деревца. 

  А это что?!.. 

  Под ногами раздался хруст, вслед за которым – как будто стон. Убитые предки просили его быть осторожнее?  

  Показалась лежащая среди камней отрубленная голова, за ней еще одна и еще…    Пустые глазницы словно пронзали Колобка беспощадным вопросом: «Зачем ты здесь? Кто позволил тебе перейти запретную черту?..» Иван боялся смотреть себе под ноги и не мог не смотреть. Задень он кого − как бы отреагировали мертвецы на нанесенную обиду? 

  А крики за спиной слышались явственнее. Преследователи заметили беглеца?   Точно! Оглянувшись, Колобок увидел, как они в нерешительности застыли возле границы поля.  

  Вслед Ивану полетели стрелы. Одна едва не задела ухо. Он ускорил шаг.  Расстояние между ним и военными увеличивалось, теперь уже стрелы не могли его достать. 

  Но радовался Колобок рано. Преследователи всё же решились на отчаянный шаг и также перешли границу Мертвого поля. Кони под седоками дико заржали, встали на дыбы, тогда всадники спешились и двинулись пёхом. Вновь совсем рядом с Иваном засвистели стрелы… 

  Но что-то вокруг него вдруг изменилось. Небо раскололось от невиданной по своим размерам молнии, поле заколыхалось, комья чёрной земли полетели вверх.  Иван и преследователи с ужасом увидели, как перед ними поднимаются тёмные фигуры. Их было много – целая туча, лица источали гнев и боль. 

  Вслед за этим возникло еще одно чудо: появились… дети, которые быстро росли, превращаясь в прекрасных юношей и девушек.  

  От армии погибших воинов отделился исполин, раздался его громовой голос: 

  − Вы посмели потревожить сны мёртвых, теперь вас ждет страшная расплата. 

  Поле продолжало ходить ходуном, от вихревых потоков, разносивших повсюду комья земли, воздух сделался чёрным. Гигант продолжал, обращаясь к Ивану: 

  − Ты, парень, чужак. Уходи отсюда скорее. Никто не тронет тебя до самых границ Медвежьего царства. Что же до вас… 

  Слуги Медведпупса пали ниц, умоляя сохранить им жизнь. Однако гигант резко ответил: 

  − Вы предали нас – своих предков. Знаете, кто эти юноши и девушки? Не родившиеся люди нашего Рода. А не родились они благодаря вам! Так горите же в аду, гнусные паразиты!.. 

  Иван, не оборачиваясь, бежал. Падал от постоянных толчков земли, но тут же поднимался и – вперед, вперед! Поле закончилась, появилась табличка, что здесь конец и Медвежьего царства. Оставалось лишь мысленно пожелать успехов Фёдору и его жене… 

  Последний шаг. Все, долгожданная граница. 

 

Глава 8

 

  Мерно журчала река. Через неё был проложен узкий мост, в конце которого висел плакат с маленькой лисьей мордочкой. «Я в Лисьем царстве» − понял Иван и двинулся к мосту. 

  Вокруг успокаивающе шумел лес, окружающая обстановка одаривала безмятежным спокойствием. На душе у Колобка сразу полегчало, он забыл о предупреждении Синеглазки: «Там везде обман, даже при видимом благополучии». 

  Но когда он прошёл по мосту, в ушах будто раздался чей-то ласковый шепот: «Колобок, Колобок, я тебя съем!».  

  Шепот стих, или ему всё это лишь показалось? Возможно, что после пережитого в Медвежьем царстве страхи ещё долго будут преследовать его… 

  Иван проследовал дальше, наслаждаясь царящей благодатью. Единственная проблема: вновь заурчал желудок. Не удивительно, с утра во рту не было даже маковой росинки. 

  Он заметил харчевню, вошёл. Дородная женщина лет сорока, в наброшенной на плечи лисьей шкурке задумчиво стояла возле стойки. Увидев нового посетителя, заулыбалась: 

  − Прошу, прошу! Наше заведение «Прекрасные лисички» является лучшим в округе. Вот за этот столик, пожалуйста… 

  − Я бы рад, − ответил Иван. – Но в карманах гуляет ветер. 

  − Как это ужасно! – хозяйка, смахнув слезу, готова была разрыдаться. – Но в долг больше кормить не могу. Итак облагодетельствовала половину округи.  

  − У меня предложение, − сказал Иван. – Я отличный стрелок. Настреляю вам дичи. Часть возьмете за хлопоты, а кое-что приготовите мне. 

  − Как это мило, чужестранец! 

  − То есть вы согласны?  

  − Как можно не согласиться. Надо выручать ближнего. 

  Хозяйка опять подошла к стойке, начала что-то считать. И тут появилась девушка – худенькая, бледная, с большими карими глазами и добрым лицом. Она почему-то с грустью посмотрела на Колобка. 

  «Кто она?» − подумал Иван, однако его размышления прервала хозяйка харчевни.  

  − С вас семь уток и четыре зайца. 

  − Не слабо, − покачал головой Колобок. – Кстати, у вас разрешение на отстрел дичи требуется? 

  Хозяйка тут же вытащила из кармана какую-то бумажку и протянула Ивану.  Он прочитал: 

«Сему господину выдается лицензия на убийство на территории Лисьего царства» 

  − Но тут не уточняется, кого именно я могу убивать. 

  − Ясно, что животных, − после некоторого замешательства ответила хозяйка. – Не волнуйтесь, этого документа будет достаточно. 

  − Где у вас лучшие места для охоты? 

  − Идите прямо. Дорога выведет к озеру, а там для вас будет полное раздолье. 

  − Попрошу у вас на дорогу кусок хлеба. 

  − Кусок хлеба… кусок хлеба… ой, бедная я, несчастная! Скольким нищим милостыню подала, совсем разорилась. 

  Что было делать? Не разорять же её до конца. Иван махнул рукой и отправился голодным. Однако не успел далеко отойти, как его догнала та худенькая девушка и протянула ему целый каравай. 

  − Хозяйка передумала? – поинтересовался Колобок. 

  Девушка не ответила, отведя глаза, спросила: 

 − Вы откуда? 

 − Из деревни Вольная, что на Руси Великой. Зовут Иваном. 

  − Ой, − обрадовалась девушка. – Так мы с вами соседи. Я – из села Счастливое. Знаете? 

  − А то как же! 

  − Зовут Варей. 

  − И как ты здесь оказалась? 

  − Уехала сдуру из дома. Говорили будто в Лисьем царстве – настоящий рай… Но я обязательно отсюда выберусь и вернусь в родные края. 

  − Странно. А мне тут понравилось. 

  − Нет, нет, − закричала Варя. – Уходите отсюда как можно скорее.  

  − Почему?! 

  Однако Варя со словами: «Заболталась, Матильда ругаться будет» убежала обратно в харчевню.  

  Озеро Иван нашел быстро, но, чтобы выполнить заказ Матильды, пришлось потрудиться много времени; птица здесь пугливая, при каждом шорохе тут же срывается с места. День уже клонился к закату, когда Колобок вновь появился в харчевне Матильды.  

  Народу было немного: мрачноватый гигант в тельняшке, в самом углу − двое о чем-то шушукающихся мужчин, да маленький бесцветный человечек, почти карлик. При виде принесенной Иваном добычи у хозяйки заблестели глаза, она усадила «дорого Ванюшу» за стол и через некоторое время перед гостем аппетитно дымился им же убитый кролик. Кроме того, хозяйка принесла маленький штоф водки: 

  − Это лично от меня. 

  − Спасибо, − ответил Иван и как дикий зверь набросился на зайца. После он ненадолго расслабился, а затем в мозгу вновь завертелись беспокойные мысли: «Где-то следует поискать ночлег». 

  И тут к нему подсела Матильда: 

  − Что дорогой Ванюша собирается делать дальше? 

  − Поскорее миновать ваше царство. Прямо на его границе меня будет ждать невеста. 

  − Понравилось у нас? 

  − Да. Это не Волчье и не Медвежье царства. 

  − Конечно! – рассмеялась Матильда. – У нас здесь полная свобода. Права человека на первом месте. Посмотри туда… 

  Иван увидел, как двое сидящих в уголке мужчине бросили шушукаться и начали целоваться. Сначала Колобок обомлел, потом воскликнул: 

  − Я понял. Одна из них − переодетая мужчиной женщина. 

  − Нет. Они оба мужчины. 

  Иван болезненно сморщился, ощущая, как горлу подступает тошнота. Матильда укоризненно заметила: 

  − Не готов ты пока принять мораль свободного мира. 

  − Так ведь чем такая свобода лучше уж… тюрьма. 

  − Мало чего ты в жизни повидал. Слышал, к примеру, о стране Грёз? 

  − Мне говорили о ней в Медвежьем царстве. 

  − И, конечно, представили её в плохом свете? 

  − В очень плохом. 

  − Ах, медведи, медведи, всю жизнь бы с кем-нибудь воевали. Страна Грёз, дорогой Ванюша, это символ наших мечтаний и надежд, поводырь всех слепых и неразумных.  

  При её последних словах немногочисленные посетители харчевни вдруг как по команде повернули головы к Ивану. В их глазах читалось: «Ты в этом смеешь сомневаться?!» Однако Колобок не отреагировал на угрозу, поскольку даже не посмотрел в их сторону. Он вспомнил о странном сне на сеновале и кратко пересказал его Матильде. Она лишь засмеялась: 

  − Думаешь, это был сон? 

 − Что же еще? 

 − Не желаешь ли его продолжения? Он ведь оборвался на самом интересном месте…. 

  − Еще как желаю! 

  Матильда щелкнула пальцами. В ту же секунду блеклый свет слабо мерцающих свечей свет харчевни стал окончательно гаснуть. Вместе с ним точно растворились в небытии хозяйка и ее немногочисленные гости. 

  …Снова та комната, где он обнимал Синеглазку или ту, что была ее точной копией. Впрочем, имело ли это значение сейчас, когда она ещё сильнее прижалась к нему и одаривала новой порцией поцелуев. Она скинула с себя одежду и начала срывать её с Ивана. Их обнажённые тела соединились. Сладкая бездна выпустила в мир своих агентов – носителей сумасшедшей страсти, которые так опутали Колобка, что он полностью потерял ощущение реальности и не видел никого, кроме резвившейся рядом партнерши…  

  И вдруг она исчезла. Исчезла сама комната, уступив место бесконечным переулкам уже знакомого города, где танцующие фигуры в масках заменили настоящих людей. Потом пропали и они… Колобок по-прежнему сидел за столом в небольшой харчевне. Хозяйка протянула ему какой-то шарик: 

  − Проглоти его. И ты увидишь всё до конца. 

  Иван с интересом взял сероватого цвета шарик, покрутил его в руках. Что в нем особенного? 

  − Проглоти, − повторила Матильда. – Это неопасно. 

  Неожиданно взгляд Ивана встретился с взглядом стоящей в отдалении Вари.   Губы девушки зашептали: 

  - Не смей!.. 

 

Глава 9

 

  − Я покумекаю, − сказал Иван. 

  − Чего тут кумекать? – ласково проворковала хозяйка харчевни. 

  − Я человек обстоятельный. Если что делаю, то всегда вижу цель. А с какой целью я должен что-то глотать? 

  − До чего непонятливый, − в голосе Матильды вдруг послышались нотки раздражения. – Это подарок страны Грёз. С его помощью ты реализуешь свои самые чудесные мечты. Ощутишь себя тем, кем всегда мечтал стать. И пусть это будет только сон. Но он покажется реальней яви… 

  «А ведь правда, сон был слишком реальным», − подумал Колобок. 

  − Потом эти сны будут составной частью твоей жизни. Не то, не то! Они превратятся в её главную часть. Ты растворишься в них, навсегда отринув нудную действительность. Просто перестанешь её воспринимать. А зачем она, если здесь ты – никто, а в своём мире – бог, царь, великий полководец, страстный любовник.  

  − Неужели так происходит со всеми, кто глотает эти шарики? – полюбопытствовал Колобок. 

  − Со всеми. И тогда они становятся счастливыми. 

  − Но откуда вдруг у вас желание осчастливить меня? 

  − Такая у меня добрая душа. И потом, понравился ты мне, дорогой Ванюша. 

  Колобок никак не мог понять хитрость хозяйки. Потому решил сам схитрить. 

  − Дело хорошее. Как вспомню тот сон − дух захватывает. Но всё равно подумать нужно. Хотя бы до утра. Утро вечера мудренее. 

  − Что ж, давай до утра, − милостиво согласилась Матильда. 

  − Пойду, заночую где-нибудь в лесу, а поутру вернусь и… 

  − Зачем тебе в лесу ночевать? Наверху у меня есть комната. 

  − Так за неё заплатить нужно. 

  - Оставайся так. Завтра ещё дичи мне настреляешь. 

  Матильда проводила гостя в комнатку, где находилась лишь кровать, да такая маленькая, что громадный Колобок с трудом на ней уместился. Но, несмотря на неудобства и мучающие его тревожные мысли, он быстро уснул. Накопившаяся за день усталость победила героя.  

  …Кто-то отчаянно пытался его разбудить. Иван открыл глаза и увидел Варю, тут же приложившую к губам палец: 

  − Тебе надо срочно уходить. 

  − Куда? – спросонья спросил Колобок. 

  − Неважно, куда, но подальше отсюда. Матильда снова попытается уговорить тебя проглотить шарик. Или заставит это сделать. Поэтому она и оставила тебя ночевать. 

  Иван приподнялся на кровати: 

  − Чего она так привязалась ко мне с проклятым шариком? И почему его нельзя глотать? 

  − Проглотив его, ты сразу попадаешь под власть Тайных Сил, которые начинают полностью контролировать тебя: твою голову, желания. Уже не ты решаешь, как поступать в той или иной ситуации, а они тебе это говорят. Они забирают твою душу!  

  − И Матильда знает? 

  − Конечно. Ей платят за каждого человека, которого она к ним приводит. Кстати, все те, кто находились в её харчевне, уже приняли шарики… 

  − А ты?.. 

  − Нет! Матильда не раз мне намекала, но пока не заставляет. Думаю, ей нужна сотрудница, подчинённая лично ей, а не кому-то еще. 

  − Итак, тот, кто проглотил шарик… уже не человек, а лишь его подобие?! –   Колобок даже вздрогнул от ужаса. 

  − Верно. Говорят, правитель Лисьего царства собирается издать указ, чтобы все его подданные в обязательном порядке глотали эти шарики. И произойдет это очень скоро. Видимо, его убедили, что лучше управлять бессловесными тварями.   Поэтому Матильда спешит. Пока нет указа, ей хочется заработать хотя бы ещё на одном клиенте. 

  − Как она меня обрабатывала! Как сладко пела про тот сон, когда я миловался со своей невестой… 

  − У тебя есть невеста? – грустно промолвила Варя. – Но это не она, а искусная копия. Подобие Истины.  

  − Как же все было естественно, − уже в который раз развёл руками Колобок. 

  − Бесы ещё не то могут. 

  − Да, да! Бежать отсюда! 

  − Возьми меня с собой. Обузой в дороге не стану. Наоборот, пригожусь. 

  − Будь ты самой большой обузой, здесь бы тебя всё равно не оставил. 

  − Иди за мной, только тихо-тихо. Надеюсь, Матильда не проснётся. 

  Они старались ступать тише мышей. Но проклятые ступеньки, по которым они спускались, всё равно издавали легкий скрип. Варя взяла Ивана за руку, подбадривая взглядом.  

  Лесенка закончилась. Они у двери. Варя бесшумно открыла засовы. Прохладный ночной воздух дохнул на них долгожданной свободой. Но длилось это лишь мгновение…  

  На улице, перед дверями харчевни стояли Матильда и все её вчерашние посетители. 

  − …Куда вы так спешите? – усмехнулась хозяйка. – Ночью, точно воры! Ах, Варя, Варя, я-то надеялась, что ты станешь моей верной помощницей. Ты мне как дочь. Ладно, мамуля прощает, возвращайтесь назад. 

  − Прочь с дороги! – резко произнёс Иван.  

  − Никуда ты не денешься, дорогой Ванюша, − усмехнулась Матильда. – Только что вышел указ нашего правителя о том, что с завтрашнего дня всех обяжут глотать шарики. Пока ещё есть время, дай мамуле заработать. 

  − Прочь! – повторил Колобок. – Я не подданный Лисьего царства. 

  − И я, − добавила Варя. 

  − Бросьте! – усмехнулась Матильда. − Вот документы о предоставлении вам нашего гражданства. 

  − Какая чушь! – поразилась девушка. – Мы не подавали никаких заявлений. 

  − Документы утверждают обратное, − на лице хозяйки заиграла лисья улыбка. 

  − Мы отказываемся от вашего гражданства, − крикнула Варя. 

  − Ваше право. Но сперва проглотите по шарику. 

  − Пошла ты… − ответил Колобок. – Мы уходим. 

  Однако посетители харчевни встали на их пути плотной стеной. Гигант в тельняшке протянул к Ивану свои ручищи, пришлось Колобку опять вступить в драку и отправить противника в «длительный отпуск». Двое целовавшихся мужчин с криками: «Противный мальчишка» тут же дали дёру. Но оставался карлик… 

  Он вдруг подпрыгнул, сделал в воздухе кульбит и так вмазал Колобку, что тот закачался, едва устоял, в глазах потемнело.  

  Карлик не успокаивался, он начал кружить в каком-то замысловатом танце. Руки замелькали точно молнии, Иван пробовал уворачиваться, однако кулаки уродца методично обрабатывали его лицо и тело, которые быстро превратились в сплошной синяк. Всё куда-то поплыло, Колобок уже не в силах был держаться на ногах. 

  − Не до конца, не до конца! – запричитала Матильда. – Мы должны заставить его проглотить шарик. И девчонке не дай сбежать. Пусть сначала проглотит она. 

  Карлик в два прыжка оказался рядом с Варей. Матильда схватила её сзади, заставляя открыть рот: 

  − Кусается, сволочь! 

  − А вот я сейчас выбью ее красивые зубки, − прошипел карлик. – Глотай его, глотай! 

  Внезапно глаза его остекленели. Он попытался сделать глоток воздуха, но не смог. И через мгновение неподвижно лежал у ног Вари. 

  Это Колобок! Он все-таки пришёл в себя и пробил стрелой шею уродца.  

Матильда завопила о пощаде. Иван грозно приказал ей убираться, а сам и Варя скрылись в темноте ночи. 

 

Глава 10

 

  Им пришлось продолжать путь в беспросветной мгле. Оставалось надеяться на Варю, которая уверенно говорила, что знает дорогу и даже ночь ей не помеха. 

Они − то поднимались на холмы, то опять опускались в какие-то овраги. Иван вдруг подумал, что его спутница может ошибаться. Да, она наверняка не один раз здесь хаживала, провела соответствующую разведку, но… любая дорога в стране вечного обмана может не вести тебя к цели, а уводить от неё.  

  Тем временем земля сделалась рыхлой, потянуло плесенью, тишина огласилась криками болотных тварей. 

  − Нам туда! – сказала Варя. – Недалеко отсюда граница… Многие доходили до этих мест, но, говорят, выбирались единицы. 

  − Всё равно у нас иного выхода нет. Я пойду первым, ты – за мной. Главное не утонуть в этой трясине. 

  Иван подошёл к дереву, оторвал две длинных ветки, обломал сучья, после чего одну протянул Варе. 

  − Знаешь, как ей пользоваться? 

  − Ещё бы. Мы в деревне не раз… 

  − Ладно, − перебил ее Колобок. – Пошли! 

  Он пробирался очень осторожно, палкой проверял, насколько тверда почва, на которую ступает. Варя шла следом на небольшом расстоянии. Боялась ли она? Конечно! Но вера в Ивана позволяла заглушать этот страх. 

А болото радостно чавкало. Его гадливые обитатели замерли в ожидании роковой ошибки беглецов. Но пока те шли дальше и дальше. 

Сама эта жуткая местность была небольшой, однако путь по ней казался адовой вечностью. Тем не менее, Варя уверенно сказала: 

  − Кажется, конец нашим мукам близок. 

  − И я на это надеюсь. 

  Болото злобно заурчало, заухало. Жертвы проходят рядом с ним, только хватай их, но… 

  − Теперь направо, − сказал Иван. – Там земля уже твердая. 

  Они сделали еще несколько спасительных шагов. Внезапно тишину ночи разорвал крик: 

  − Ваня, я здесь! Помоги! 

  Это голос… Синеглазки. Всего в шаге от него страшное болото с аппетитом поглощало её! Как она оказалась здесь? Должно быть, решив встретить суженого, случайно перешла границу Лисьего царства и вот… 

  − Я сейчас, любимая! – крикнул в ответ Иван. 

  Он сделал роковой шаг и тут же ощутил, как начинает увязать в топи. Никакой Синеглазки не было и в помине. Это лишь очередная игра хитрецов. 

  И опять он услышал: 

  − Я ТЕБЯ СЪЕМ, КОЛОБОК! 

  Он успел повернуть шест в горизонтальное положение и навалился на него грудью. Болото возмутилось, начало засасывать его медленнее, однако отпускать не собиралось. 

  Варя дико закричала, но тут же поняла, что в критической ситуации эмоции должны уступить место холодному рассудку. Силы девушки словно удесятерились, она тащила и тащила Колобка из омута смерти. Он помогал ей как мог, упал на спину, раскинул руки, что необходимо было сделать в его ситуации, цеплялся за редкие кустарники.  Останавливаться нельзя ни на секунду, болото бы сразу ощутило слабину человека и уж точно бы не отпустило. 

Но оно почувствовало другое: противник сильнее его. Оно вновь гневно заурчало и… отступилось от Ивана. Болотные гады жалобно застонали, требуя себе новую жертву.  

  Отдыхали недолго – времени не было. Дальше их путь лежал по относительно ровной местности. Но вот впереди показалась река. Варя сказала, что граница начинается сразу за ней. 

Привыкшие к темноте глаза беглецов позволили различить главное: речушка не широкая. Иван снова сорвал ветку, измерил глубину. 

  − Похоже, и не глубокая, − заявил он. – Умеешь плавать? 

  − Умею. 

  − Тогда вперед! 

  Но едва они вошли в реку, как побежали волны. Они становились больше, больше, больше! Вода словно закипала, крохотная речушка вдруг показалась… безбрежной.  

  Потом над ней поднялся белый-белый, напоминающий молоко, пар. Появились невиданные существа женского пола: каждая с обнажённой грудью и распущенными зелёными волосами. 

  Русалки! 

  На Варю речные жительницы внимания не обращали, зато Колобка сразу же взяли в плен, что-то зашептали ему, затем запели ласковыми голосами: 

  «Ах, Ваня, Ванюша, 

  Ты только послушай: 

  Ты к нам не напрасно пришёл. 

  Забудь свою Варю, 

  Гони эту клушу 

  Коль ты не совсем уж осёл. 

  Забудь про мытарства, 

  В подводное царство 

  С тобой мы сейчас поплывем. 

  Нет лучше лекарства 

  (И даже не парься) 

  Чем наш просто сказочный дом!» 

  Внезапно вынырнуло ещё одно русалочье отродье, но уже мужского пола. И сразу бас разбавил хор звонких женских голосов: 

  «Жемчуга и золото, 

  И гарем красоток! 

  Это хочешь, Ванечка, 

  Иль свои шесть соток?..»  

  − Не слушай этих ведьм! – пыталась перекричать их Варя. – Не смотри им в глаза. Прорывай их круг и греби, греби к берегу! 

  Один её голосок оказался мощнее всего хора русалок. Колобок вырвался из цепких объятий обезумевших от страсти дам и отчаянно прорывался к желанному берегу. Единственный среди русалок мужчина попытался схватить Варю, но она резко оттолкнула его и поспешила за Иваном. Однако у самого берега русалки вновь поджидали их. Похоже, аппетитный молодой человек совсем свёл их с ума. 

  − Ты наш! 

  Иван готов был биться с ними до конца. Но для битвы с нечистью нужно крестное знамение.  

  Но лишь только он осенил себя крестом, русалки злобно закричали: 

  − Так бы и сказал, что не хочешь. 

  И тут же исчезли. Иван со своей подругой выбрались на берег, где как раз и кончалось Лисье царство. Сил не было не у него, не у неё. Они просто упали в траву и уснули.   

 

Глава 11

 

  Они проснулись, когда солнце уже находилось в зените. Умылись, привели себя в порядок, съели лесных ягод и тронулись в путь. Теперь он лежал к их родному дому. 

  Чем дальше они шли, тем всё больше Колобок посматривал на Варю. Если раньше он был ей просто благодарен: сначала жизнь спасала, а после ещё и травами вылечила от синяков, то теперь невольно залюбовался ей. Она еще и красавица! 

  Но тут перед глазами замелькала знакомая птица, обернувшаяся Синеглазкой. 

  − Здравствуй, Иван, − сказала она. – Извини, что припозднилась встретить тебя. У дочери волшебника всегда полно дел. Поздравляю с возвращением. Теперь так и быть, выйду за тебя замуж. А твою спутницу отправлю к родным. Они её заждались. 

  Варя слезно посмотрела на Колобка и он всё понял. 

  − Нет, Синеглазка, − ответил он. – Недостоин я быть твоим мужем. Ты дочь волшебника, а я простой крестьянский сын. Вот она, моя избранница! 

Иван крепко обнял Варю, а Синеглазка аж рот раскрыла: 

  − Но я же… − она так и не смогла закончить фразу. Тогда вмешалась Варя: 

  − Что ты сказала Ване перед путешествием в опасные места? Что, будучи волшебницей, не станешь ему помогать. А вот я помогала, хотя и не волшебница. Теперь, подруга, извини и подвинься. Сама виновата. Мужчины сейчас на вес золота. Их беречь нужно, а не поступать, как ты. 

  − Одумайся, Ваня, − топнула ногой Синеглазка. – Не то обижусь.  

  − Я уже всё для себя решил. 

  − Жалеть будешь. 

  − Нет, не буду! 

  Синеглазка сердито фыркнула, вновь обернулась птицей и улетела восвояси.  

  Возвратился Колобок домой не один, а с невестой. Старикам Варя сразу же пришлась по душе: трудолюбивая, хозяйственная. Глядя на неё, Ваня полностью избавился от своей лени, стал в поле за троих пахать, да ещё и дом новый построил. 

  Все у него было хорошо. Лишь иногда ему чудился по ночам знакомый язвительный голос: 

  − Колобок, Колобок, я тебя съем. 

  − Не съешь, − отвечал он, крепко прижимая к себе Варю. – Жена не позволит и скорее сама тебя съест. Мужчины сейчас на вес золота!